В августе 2023 г. австралийская телерадиокомпания SBS сообщила о сенсационной находке - на Северном острове Новой Зеландии обнаружился ободранный дорожный сундук от Луи Виттона, полный старых семейных фотографий, документов, личных писем и вещей из дореволюционной России. И фотографий Николая II… Сундук принадлежал Александру и Ольге Тецнер, родовитым дворянам-эмигрантам из России, а обнаружили его их пра пра правнуки (Kate Ritchie), в старом сарае на участке своего дедушки, внука этих же Тецнеров…
Как же захотелось посмотреть документы из этого сундука! Но потомки на мои письма с предложением помочь с переводом не ответили… Что же тогда остается, если очень хочется? Самой добывать информацию в новозеландских и австралийских архивах, в интернете, в интервью Ютюба, проверять и перепроверять противоречивые факты, отсекая путаницу и неточности, которыми полна эта история.
Александр Сергеевич Тецнер (24/03/1882 - 05/06/1953) родился в Киеве. Он принадлежал к самой что ни на есть аристократической элите Российской империи. Его род имеет немецкое происхождение, но с начала XIX в прочно связан с Россией. Александр являлся потомственным дворянином, но не бароном, как утверждают многие источники. Его отец, Сергей Константинович Тецнер (1858–1903), служил в Государственной канцелярии. К концу карьеры он стал действительным статским советником
и статс-секретарём Государственного совета, заведовал департаментом промышленности, наук и торговли, что повлияло на выбор карьеры сына.
Мать, Мария Фёдоровна (1866–1920?), после смерти мужа в 1903 г. вышла замуж за Ивана Григорьевича Щегловитова, будущего министра юстиции и последнего председателя Государственного совета Российской империи. Она имела большое влияние на мужа и его дела в министерстве. По воспоминаниям Н.А. Кривошеиной «Мария Федоровна была дама с сильным характером, служащие министерства ее побаивались, да и своей резкой, будто и "добродушной" манерой, своим острым языком и вполне "хозяйскими" замашками кого угодно могла смутить и повергнуть в трепет.»
Н.А.Кривошеина «Четыре трети нашей жизни: Воспоминания»,
Москва, «Русский путь», 2017, стр 26. https://imwerden.de/publ-9570
Известно, что Александр владел несколькими конезаводами, а его матери в Санкт-Петербурге принадлежал особняк на Тверской ул., 5 и доходный дом на Кирочной ул., 27 (оба постройки архитектора А.С. Хренова). После смерти отца и продажи особняка в 1904 г. они переехали на Кирочную ул., 27
ВПб на 1905. О. IV. Стб. 390.
В 1902 г. Александр с отличием выпустился из Императорского Александровского лицея по специальности экономика, право и коммерция. А в 1905 г. закончил курс по экономике и финансам в Швейцарии (Университет в Берне). Имея прекрасное образование и
семейные связи в высших кругах империи, его последующая карьера в России развивалась стремительно - министерство финансов, государственная канцелярия, камер-юнкер, статский советник, Екатеринославский вице-губернатор (1915–1917 гг)…
В 16 февраля 1911 г. в Санкт-Петербурге он женился на баронессе Ольге Николаевне Ребиндер (08/12/1884 - 21/07/1971), дочери генерал-майора, барона Роберта Отто Николая Ребиндера (1851–1913) и Нины Гагариной. В новозеландском некрологе Ольги упоминается, что она родилась в Москве и что детство и юность ее прошли в самых великолепных усадьбах России. Остается предположить, что Ольга имеет прямое отношение к князю Николаю Николаевичу Гагарину (1823—1902), крупному московскому землевладельцу, благотворителю и действительному статскому советнику, имевшему дома в Москве и владельцу подмосковного имения Никольское-Гагарино.
На фото с отцом, судя по возрасту и шляпе по моде начала 1900-х годов, снимок был сделан незадолго до её замужества. Поскольку Ребиндер её девичья фамилия, баронский титул принадлежал Ольге с рождения. В Новой Зеландии ее всегда уважительно величали «баронесса Тецнер».
10 февраля 1912 г. у пары родился сын - Сергей (Сергиус) Александрович Тецнер.
Их благополучная жизнь закончилась в 1917 г. Приказом Императора от 17 января он был назначен Олонецким губернатором (в современной России это Республика Карелия и части Ленинградской, Вологодской и Архангельской областей.)
Олонецкие губернские ведомости, N 11, 28.01.1917.
Не известно выезжал ли Александр к месту службы, но постановлением Временного правительства с 1 мая 1917 г. он был уволен с формулировкой «согласно прошению, по болезни», то есть видимо сам попросился в отставку.
Олонецкие губернские ведомости, N 51, 16.05.1917.
Революция в стране развивалась стремительно и чутье ему подсказывало, что нужно затаиться. О том времени в своих мемуарах пишет Н.А. Кривошеина, жившая по соседству с Тецнерами на Кирочной улице: «28-го февраля, когда в нашем квартале стало резко беспокойнее и когда в Думе происходили всем ныне известные события… - часов в десять утра в верхней парадной позвонили, я открыла и увидела пожилую даму в черной кружевной мантилье. Она мне сказала шепотом, по-французски: "Я старая приятельница вашей бабушки, пустите меня, умоляю вас!" - и я вдруг поняла, что это Мария Федоровна Щегловитова. Я ее, конечно, впустила; целый день скрывала ее в биллиардной…, чтобы никто из прислуги не увидел Марию Федоровну - был страшный и смутный день.»
Н.А.Кривошеина «Четыре трети нашей жизни: Воспоминания», Москва, «Русский путь», 2017, стр 29. https://imwerden.de/publ-9570
Вскоре был арестован И.Г. Щегловитов, отчим Александра, а 5 сентября 1918 г. в Москве, на Ходынском поле, он был расстрелян.
https://aif.by/timefree/history/kak_zhil_prokuror_100_let_nazad_
Все имущество Тецнеров включая дома, сразу же национализировали. По воспоминаниям той же Н. А. Кривошеиной «жизнь в это время стала вдруг почти непереносимой, резко наступил страшный голод, никакого топлива не было. Казалось, что вот так и погибнут все от цинги, а то и просто от голода... Террор для людей юных еще не был явно ощутим. Ведь это было еще до наступления Юденича...»
Н.А.Кривошеина «Четыре трети нашей жизни: Воспоминания», Москва, «Русский путь», 2017, стр 109.
https://imwerden.de/publ-9570u
Мать Александра пережить разрушение привычного мира не смогла. Некогда всесильная «министерша» провела остаток своих дней в маленькой квартире, в нужде , и умерла в 1920 г.(или 1922г. ?)
https://aif.by/timefree/history/kak_zhil_prokuror_100_let_nazad_
Во избежании неминуемого ареста, Александру пришлось скрываться. Он отправляет Ольгу с сыном во Владивосток, откуда они добираются до Харбина.
The New Zealand Herald 24.07.1971.
Во время бегства через Сибирь в Харбин, он потерял ногу… Где это произошло и при каких обстоятельствах, установить пока не получается… Может быть он написал об этом в своих мемуарах, что в сундуке?
В 1918 г. Тецнеры воссоединяется в Харбине, где с помощью своих обширных международных связей Александр начал сотрудничать с британской страховой компании «Far Eastern Insurance Company Ltd”. Ее штаб-квартира находилась в Шанхае, а филиалы в Харбине, Пекине и Чунцине. Компания была учреждена в 1916–1917 гг. по гонконгскому законодательству и специализировалась на морском и огневом страховании, а также страховании имущества и автомобилей. В первые послереволюционные годы они охотно нанимали русских эмигрантов и бывших российских служащих. Позднее Александр стал главным управляющим «Russian Transport and Insurance Co.». Эта российская компания была основана еще в 1844 г. для страхования морских и речных грузов, а затем и железнодорожных. В 1920-х годах Маньчжурия и порты Северного Китая переживали бум международной торговли и через компании Тецнера проходили сотни контрактов. Будучи универсальными страховщиками, они обслуживали ведущих мировых игроков, которым требовалось перевезти товары из охваченной гражданской войной и бандитизмом сухопутной Маньчжурии до защищенных морских портов Тяньцзинь и Шанхай. На каком-то этапе жизни в Китае Тецнеры переезжают в Шанхай…
Доходы от страхования позволяли им вести вполне обеспеченную жизнь. И.С. Ильин, журналист харбинской газеты «Русский голос», бывавший «на обедах» у Тецнеров, вспоминал: «В Харбине Тецнер стал во главе какой-то английской страховой конторы. Открыл контору на Пристани, набрал служащих из бывших лицеистов, завел собственный автомобиль и быстро разбогател, страхуя имущество, дома, товары богатых пристанских коммерсантов и китайцев. [...]. Вскоре он купил себе в Модягоу собственный дом двухэтажный, в нижнем этаже поселилась мать с дочерью из бывших аристократов, а во втором этаже устроились Тецнер. У них был сын, лет шести мальчик, гувернантка, китаец-бой, повар, горничная. Тецнеры повели широкий образ жизни, устраивали «великосветские» обеды сшампанским, за которыми Ольга Николаевна сидела в бальном платье. После обеда в гостиной или кто-нибудь играл на пианино, или велась беседа большей частью о том, что в Петербурге делалось при дворе и в великосветских кругах. Все политические убеждения Тецнера сводились к тому, что он с благоговением говорил о «государе-императоре», презирал русского мужика, которого называл «скотом» и пренебрежительно отзывался о Колчаке [...]»
Цит.по: Рудникова Е.В. Русская диаспора в НЗ. Владивосток, 2026. Глава 2. Рукопись в печати).
Александр хорошо знал Манчжурию и Китайско-Восточную железную дорогу (Chinese Eastern Railway). Он имел официальное разрешение на передвижение по железным дорогам между Харбином и Шанхаем.
Этот именной пропуск с его фотографией датирован 12 апреля 1922 г. В апреле Тецнер действительно совершал деловую поездку из Харбина в Шанхай. В этой поездке произошел эпизод, который он описывает в статье, опубликованной уже в Новой Зеландии: «поезд внезапно замедлил ход, остановился, попятился назад, а затем с огромной скоростью рванул вперёд. Одновременно раздались столкновение, сильный удар и залп примерно из 500 ружей, заставивший пассажиров броситься на пол вагонов. Когда поезд достиг первой станции, мы узнали, что на рельсы была уложена груда шпал, чтобы остановить поезд; что бандиты находились в засаде, ожидая его остановки; и что только присутствие духа опытного машиниста спасло нас от полного ограбления. Тем не менее один пассажир и кондуктор багажного вагона были убиты случайными пулями, а автор привёз домой свою сумку, в которой находилась свинцовая пуля, сплющенная двумя перегородками вагона, через которые она прошла.»
«Russian and Chinese Railways», The New Zealand Railways Magazine, v.6, issue 8 (April 1, p. 27-34, 1932).
Обстановка в Китае ставилась все более и более опасной, а угроза появления коммунизма реальной. С семьей Тецнеров уже произошло несколько неприятных инцидентов - в автомобиль Александра стреляли, ранили шофёра; в их доме произошёл взрыв; была убита их собака… В 1920 г. был издан указ о прекращении признания экстерриториальности бывших подданных Российской империи. Это лишило их правовых привилегий и привело к массовой потере постов в официальных структурах и международных концессиях. Вытеснение русских происходило постепенно, в несколько этапов. Осенью 1922 г, когда пало «Белое Приморье» и в Китай хлынул поток беженцев с Дальнего Востока, Тецнеры окончательно решили уехать. И как можно дальше - в Новую Зеландию. Вероятнее всего у них были паспорта Нансена с британскими визами. Эти паспорта начали выдавать во второй половине 1922 г. для защиты сотен тысяч русских, ставших «апатридами». Австралия и Новая Зеландия в числе первых признали эти паспорта.
К началу января 1923 г. Тецнеры уже находились в Сиднее, откуда 11 января 1923 г. на борту «Маунгануи» Александр (40), Ольга (38) и Сергей (10) отплыли в Веллингтон.
Они вступили на новозеландскую землю ровно 15 января… В судовом манифесте их семья была записана в категории «дамы и господа». Это обозначение иммиграционная служба использовала для частных пассажиров, путешествовавших за свой счет, а не в рамках программ по привлечению рабочей силы.
Местные журналисты сразу проявили к ним интерес. Была опубликована большая статья, где Александр очень эмоционально рассказывает о трагедии своей родины в связи с приходом туда коммунистического режима.
«What of Russia? Impression of Exile», Evening Post, 22.01.1923, p. 7.
Ольга также поделилась с прессой впечатлениями о страшном голоде в Советской России. В 1922 г. она провела там 6 месяцев в качестве главы «врачебно-питательного поезда», подготовленного на средства служащих КВЖД и русских эмигрантов в Харбине для спасения людей от голода и болезней в Челябинской области. Эта помощь осуществлялась через American Relief Administration и Международный комитет Нансена помощи голодающим России. С ее стороны поехать в коммунистическую Россию было поступком большой смелости и сострадания к голодающему русскому народу.
«Red Russia. Amongst the starving.Who will help us? A shocking narrative», Evening Post.23.01.1923, p. 7.
О ее участии в поездке свидетельствует и историк Г. Мелихов: «Первый "Врачебно-питательный поезд имени служащих, мастеровых и рабочих КВЖД" был отправлен 31 мая…. С поездом уехали на работу в голодающие районы Поволжья жены двух видных харбинских железнодорожников — Елизавета Алексеевна Вуич и г-жа Теснер (имя и отчество ее установить не удалось).»
Мелихов Г.В. «Белый Харбин: Середина 20-х
Глава VII БЕЛЫЙ ХАРБИН ПОМОГАЕТ ГОЛОДАЮЩИМ СОВЕТСКОЙ РОССИИ, «Русский путь», 2003.
Тецнеры вначале поселились к югу от Окленда (Patumahoe/Paerata), где приобрели ферму. Поработав некоторое время в страховой компании, Александр занялся овцеводством. В 1924 г. он успешно прошел процедуру натурализации и получил британское (новозеландское) подданство, указав в документах свое дворянское происхождение и послужной список в Российской империи. Новая Зеландия в те годы охотно принимала образованных и высокопоставленных беженцев, способных интегрироваться в экономику.
В конце 1920-х, начале 1930-х годов Тецнеры перебралась на север Новой Зеландии (Northland). Здесь, в местечке Папароа (Paparoa), Ольга создала ферму «Ольгино» (Olgino Station). Это хозяйство площадью в 290 гектаров специализировалось на разведении племенного скота. Поскольку Александр был инвалидом, она полностью взяла на себя управление. Вплоть до 85 лет «баронесса Тецнер» объезжала свои владения верхом на лошади и всегда внимательно следила за состоянием скота и всеми делами фермы. А он писал серьезные аналитические статьи по экономике и полностью погрузился в общественную деятельность, став членом Фермерского союза Новой Зеландии (NZ Farmers' Union). В 1930-х годах экономика страны полностью зависела от экспорта в Великобританию. А.Тецнер, в прессе и на заседаниях союза, агитировал за продвижение новозеландского животноводческого экспорта на новые рынки, а именно на Дальний Восток.
«Eastern Markets: Great Possibilities», «Wanganui Chronicle», 02.09.1932.
Их «Ольгино» уже осуществляло прямые поставки элитного рогатого скота в Азию. В 1937 г. в Китай было отправлено 40 голов. В марте 1939 г. была проведена сложнейшую отправку пароходом 50 новозеландских джерсейских телок в Щанхай.
«Delivery at Shanghai», «Wanganui Chronicle», 10.03.1939.
Любопытно, что на ежегодной конференции союза в Хамильтоне роялист-Тецнер выступил с предложением закупать дешевый бензин у Советской России! Он прагматично доказывал коллегам, что русское топливо уже открыто продается в Англии, и Новой Зеландии экономически выгодно заключить такое торговое соглашение, чтобы снизить внутренние цены на бензин для фермеров.
«Ashburton Guardian», 27.05.1931.
В октябре 1950 г. когда в Окленде создавалась русская православная община, Ольга Тецнер пожертвовала участок земли на Dominion Road для строительства русского православного храма. Церковь была построена за год. Она также передала храму несколько ценных икон и стала почётным пожизненным патроном прихода. Александр был почётным членом приходского совета. Он скончался у себя дома, в «Ольгино», 5 июня 1953.
Оставшись вдовой Ольга продолжила вести хозяйство самостоятельно. Она прославилась своим мастерством в разведении и выездке лошадей, а также умением грамотно подбирать племенной скот.
Ольга Тецнер умерла 21 июля 1971. В некрологе на ее смерть сказано - «Удивительно, как быстро миссис Тецнер — женщина, привыкшая к роскоши, — сумела приспособиться к тяжелому фермерскому труду в Новой Зеландии…
При всей своей энергичности и деятельной натуре она сохранила аристократическую элегантность и женственность, оставаясь обаятельной хозяйкой и интересным собеседником. Ей не было равных в умении увлекательно рассказывать истории о своей молодости»
“New Zealand Herald” 21.07.1971.
Отпевание Ольги прошло в ее церкви в Окленде. Ее единственный сын Сергей (Сергиус), который стал известным топографом (Land Surveyor), в это время работал и жил на Фиджи, где вел крупные инфраструктурные и земельные проекты. Он и увез тело матери в Суву, где Ольга похоронена.Известно, что в 1958 г. Ольга приезжала к сыну и какое-то время жила с ним на Фиджи.
Эта история, конечно, еще не закончилась. Когда-то мы прочитаем мемуары Александра и Ольги Тецнер из старого сундука и узнаем подробности их трагического исхода из России.
Фото к статье:
https://ru.wikipedia.org/wiki/Тецнер,_Александр_Сергеевич
Доходный дом в Санкт Петербурге, на Кирочной ул., 27.
Особняк в Санкт-Петербурге, на Тверской ул., 5 (сейчас Генконсульство Республики Беларусь).
Генерал-майор, барон Николай Оттонович Ребиндер, с дочерью Ольгой.
Фотоархив «Офицеры русской императорской армии»
https://ria1914.info/images/d/d7/Ребиндер_Николай_Оттонович_с_дочерью_Ольгой.jpg
Именной пропуск с фотографией А. Тецнера датирован 12 апреля 1922 г
