В список австралийских нововведений в области музыки и театра, захвативших мир, следует отнести необычный танцевальный ансамбль Burn the Floor, созданный Харли Медкалфом более 25 лет назад.
Известный австралийский продюсер в конце прошлого века соединил элегантность европейской и страсть латиноамериканской танцевальных программ с драйвом рок-н-ролла, наполнив постановки театральной глубиной. Идея родилась во время юбилейного тура с Элтоном Джоном.
В результате успех превзошел все ожидания. Девять месяцев проходили выступления ансамбля на Бродвее в Нью-Йорке. Зрители с восторгом встречали энергичный, полный страсти ансамбль в лондонском Вест-Энде и Японии. На сегодняшний день артисты Burn the Floor выступали в более чем ста странах мира. В составе ансамбля были талантливые артисты из разных стран. В первом составе, выступавшем в 2009 году на Бродвее, были русскоязычные австралийцы Саша Фарбер и Генри Бяликов. Они делились своими воспоминаниями с читателями «Единения». Ансамбль постоянно обновляется, меняются поколения танцоров, поддерживая энергию и страсть к танцу на высоком уровне, достаточном чтобы зажигать сердца зрителей.
Недавно редакторы «Единения» побеседовали с Ярославой Соколовой, которая десять лет выступала с шоу Burn the Floor. Сегодня она рассказывает нашим читателям о том, как она начинала свою танцевальную карьеру, о своей работе в шоу, о своих коллегах, и о том, как она стала экспертом Международного Совета танца UNESCO.
— Ярослава, расскажите, как вы начинали свой творческий путь и какое образование помогло вам.
— Мой путь в мир танца начался в родном Липецке, когда мне было всего четыре года. Уже в 6–7 лет я начала активно участвовать в региональных конкурсах, и первые победы лишь подтвердили: сцена это то место, где я хотела и должна быть.
После хореографического колледжа и диплома по хореографии СПбГУП (Санкт-Петербургский гуманитарный университет профсоюзов), я понимала, что артист должен владеть не только телом, но и искусством образа.
Свою международную карьеру я начала в Европе: несколько лет представляла Грецию, где завоевала титул Чемпионки страны, а затем выступала за Испанию, становясь призером и победительницей крупных международных турниров в Швейцарии, Португалии, Бельгии, Белоруссии, Испании.
Позже я продолжила обучение и получила актерское образование в Театральном институте им. Бориса Щукина и Высшей школы сценических искусств, где мне посчастливилось учиться у Константина Аркадьевича Райкина - легендарного актера и педагога, гения сцены и образа. Эта школа драматического искусства стала моим секретным оружием в дальнейшей карьере.
— А как вы начали выступления в коллективе Burn the Floor.
— Начало было похоже на кино. Я прилетела на кастинг в Италию. Вокруг меня были сильнейшие пары и танцоры мира, которые готовились к этому просмотру месяцами.
Проходя через сложнейшие туры, я обнаружила, что меня (единственную танцовщицу без пары) не включили в список показательных номеров. Я настояла на своем праве выступить сольно. В моем чемодане оказался бубен: образ Сарагины из фильма Феллини «Восемь с половиной» был частью моей дипломной работы в СПбГУП. Я станцевала это соло под музыку «Be Italian». Помню удивленные лица жюри. В центре сидела сама Пита Роби - легенда танцевального мира. На следующее утро она нашла меня и сказала: «Я обязательно тебе напишу». Через неделю у меня на руках был контракт. Так началась моя десятилетняя история в этой творческой семье.
— Расскажите о вашем впечатлении от участия в шоу и ваших коллегах.
— Уникальное шоу Burn the Floor буквально «взорвало» мир танца. Оно первым вывело бальные пары из конкурсных залов с их строгими правилами и номерами на спинах на мировые театральные подмостки. Участники шоу стирали границы: это была чистая сценическая магия, драйв и рок-н-ролльная энергия. Зритель видит не технику, а живую страсть, где каждое движение является частью театрального представления.
Но, пожалуй, самое душевное происходит за кулисами. Наша команда — это настоящий интернациональный котел. Помню, как мы устраивали вечера национальной кухни: я готовила наше традиционное оливье и драники, итальянцы приносили аутентичную пасту, а ребята из других стран свои домашние блюда. Это было и весело, и трогательно одновременно.
Что касается русскоязычных ребят, то их в шоу всегда было много, и это очень помогало. В моем составе работали Лариса Унтила, Света Портная, Игорь Гутан, Надя Дятлова. А моим последним партнером был Игнат Калашник.
Самым сложным, кстати, оказалось не выучить сложную хореографию, а объяснить европейцам наш русский юмор. Когда пытаешься перевести смысл нашей иронии или «подковырок», понимаешь, насколько мы разные и в то же время близкие. Именно такие моменты, когда мы вместе едим драники и учим итальянцев шутить «по-нашему» и создают ту невероятную энергетику, которую мы потом выносим на сцену.
— Гастрольная жизнь позволяет увидеть мир.
— За эти годы я участвовала в более чем 2500 выступлений по всему миру. От театральных сцен в Шотландии до огромных арен Японии на 4000 зрителей. Одним из самых эмоциональных моментов для меня стали афиши по всей Австралии. Когда я впервые увидела свой портрет на огромном рекламном щите в центре города, это было неописуемое чувство признания. В такие моменты понимаешь, что ты не просто танцор, а часть чего-то по-настоящему масштабного.
Но за этим стоит титанический труд: по 9–11 часов ежедневных тренировок и выступлений. Зрители видят легкость, но наше закулисье — это мир предельной концентрации. На смену сложнейшего костюма у нас есть всего 30–60 секунд. Нужно буквально «выпрыгнуть» из одного образа и за мгновение войти в другой. Таких переодеваний за вечер бывает до пятнадцати, и после каждого ты должен выйти на сцену свежим и готовым снова дарить зрителям восторг.
Но еще большая сосредоточенность требуется на самой сцене: мы исполняем технически опасные трюки и поддержки, где малейшее отвлечение может привести к травме партнера или твоей собственной. Поэтому психологическая устойчивость и умение быть в моменте важны здесь так же, как и физическая сила.
Мне невероятно повезло работать с создателем «Burn the Floor», продюсером Харли Медкалфом. Это человек-легенда, работавший с Марлен Дитрих, Фрэнком Синатрой, Элтоном Джоном, Демисом Русосом, Сарой Брайтман и Майклом Флэтли. У таких людей учишься глобальному видению искусства.
— Вы являетесь членом CID UNESCO, который называют «ООН Танца». В чем заключается ваше участие?
— Для меня это способ сохранить культурное наследие танца. Сейчас в мире прослеживается тенденция превращать танец в "техничный спорт", лишенный глубины. Моя задача, защитить ту исконную многогранность, где техника неразрывно связана со смыслом, историей и эмоциональным посылом. Ведь именно это заставляет зрителя чувствовать настоящую магию танца - когда техника встречается с искусством и душой.
Весь свой багаж — от выступлений и актерской школы до методики Expressive Art Therapy, которую я сейчас изучаю во Florida Expressive Arts Institute, я хочу передать новому поколению. Сейчас я глубоко изучаю этот подход, где танец, драма и другие виды искусства используются как инструменты для терапевтического восстановления и исцеления. Я верю в терапевтическую силу искусства и его способность приводить в состояние гармонии внутреннее состояние человека. Впереди новая глава в США, где я планирую внедрять свои наработки в области танцевального искусства, вдохновляя людей по всему миру.
— 29 апреля празднуют Мировой день танца. Поздравляю вас и желаю успеха на новом этапе вашей жизни.
Беседовал Владимир КУЗЬМИН
Фото предоставлены Я. Соколовой
