В Австралии, как и во многих других западных странах, день отца отмечают в первое воскресенье сентября. В этом году он пришёлся на 6 сентября. Зная мою давнюю любовь к джазу, мои дети решили сделать мне подарок — пригласили всю семью на концерт в Брисбенский джазовый клуб.
Для меня это был не просто концерт. Это было настоящее путешествие по тропинкам памяти.
Для тех, кто не знает истории этого места, расскажу немного. Первоначально клуб назывался «Adventurers Club - Клуб искателей приключений», а в 1970 году получил своё нынешнее название — «Jazz Club». В 1972 году он перебрался в Кенгуру-Пойнт, в старый эллинг на берегу реки Брисбен.
Я помню джазовые концерты тех времен. Само помещение представляло собой всего лишь деревянный, обшитый досками сарай, но музыка там всегда была замечательной. А прямо напротив, через реку, находился деловой центр Брисбена. Поэтому за сценой естественным образом возникал великолепный фон — огни ночного города над рекой.
Сегодня это вполне приличное одноэтажное здание, да и вид несколько изменился: старые очертания города во многом уступили место небоскрёбам. Но вечерние огни по-прежнему создают прекрасный фон для музыкантов.
Прямо напротив джазового клуба, на другом берегу реки, стоит архитектурная жемчужина Брисбена — старое здание Customs House-Таможни. И тут снова хлынул поток воспоминаний.
Здание таможни было построено именно в этом месте, потому что судна того периода могли подойти к самому центру Брисбена, а берег реки тогда был занят многочисленными верфями, а вокруг располагалось множество питейных и прочих заведений, обслуживавших моряков. В 1950-е годы они уще существовали. Позднее, в переходный период, эти же пабы стали местом отдыха городских служащих.
Сегодня верфи исчезли. Их место заняли небоскрёбы с квартирами, модными ресторанами, барами и клубами. И новые питейные заведения теперь обслуживают совсем другую публику — молодых, модных и состоятельных клиентов с толстыми кошельками.
Само здание Таможни, утратив своё первоначальное назначение, перешла в владение Квинслендского Университета, и считается одним из престижных мест Брисбена для ресторанов, приёмов и культурных мероприятий. Здесь удивительным образом сочетаются история и современная роскошь, а из окон открывается великолепный вид на реку.
Постройка здания была закончена в 1889 году и служила главным пунктом таможенного сбора города. Здесь взимались пошлины с товаров, прибывавших из-за границы и из других австралийских колоний. Помнится еще то время, когда в этих стенах сидели государственные служащие и занимались своим бесконечным бумажным делом. Офисы, где работал я сам, находились прямо напротив таможни.
Особенно интересно, что у здания как бы два фасада — один обращён к улице, а другой, совершенно такой же, к реке Брисбен. Сегодня здание зажато между гигантскими небоскрёбами, но всё равно притягивает взгляд. Оно напоминает красивого ребёнка среди толпы баскетболистов.
Но это было далеко не единственное воспоминание, которое воскресло в тот вечер.
Всего лишь квартал от Джазового клуба находится историческое здание «Юнгаба». Название «Юнгаба» происходит из языка аборигенов Губби-губби и означает «место солнечного света».
Если бы стены иммиграционного центра «Юнгаба» могли говорить, они поведали бы множество историй: о счастье, надежде и начале новой жизни, но также и о печали, страданиях и утратах. С момента постройки в 1887 году на берегу реки Брисбен (на улице Мейн-стрит в районе Кенгуру-Пойнт) здание «Юнгаба» выполняло самые разные функции. Изначально возведенное как центр приема иммигрантов, оно приняло первых постояльцев 6 декабря 1887 года.
Хотя в разные периоды своей истории этот центр использовался для самых разных целей — как временное пристанище для обездоленных, пункт приема войск, возвращавшихся с англо-бурской войны, сборный пункт для репатриации жителей тихоокеанских островов (высылаемых в начале XX века в рамках политики «Белой Австралии»), жилье для строителей моста Стори-Бридж в 1930-х годах и даже как больница для лечения венерических заболеваний во время Второй мировой войны, — его назначение неизменно возвращалось к первоначальной функции: размещению вновь прибывших иммигрантов.
В 1978 году «Юнгаба» всё ещё было иммиграционным общежитием. Там жили недавно прибывшие в Австралию переселенцы, которые изучали английский язык. Именно в том году это место приобрело для меня лично совершенно особое значение. Настолько особое, что в течение нескольких месяцев я проводил там почти каждый вечер.
Причина была вполне понятная — я с необычайной решимостью штурмовал сердце красавицы казачки. Благодоря совету великого русского полководца Александра Суворова — «Быстрота и натиск!» — крепость была взята. Почти пятьдесят лет спустя меня в этой крепости уже основательно потеснили дети и внуки, но, надеюсь, для меня всё-таки еще остался укромный уголок.
В 2008 году правительство Квинсленда продало Юнгабу застройщикам. Здание было восстановлено и превращено в десять квартир. Рядом построили ещё три жилых корпуса на 140 квартир, а также многофункциональный культурный центр и зрительный зал на 224 места.
Время идёт. Всё меняется.
Но в этом районе по-прежнему бродит множество призраков прошлого. Есть среди них как и мои собственные, так и призраки многих русских эмигрантов 1950-х, 1960-х и 1970-х годов, которые когда-то жили или работали в этом районе.
В те времена это место было промышленным районом. Здесь находилось предприятие тяжёлого машиностроения Evans Deakin Industries, где строили и ремонтировали суда и располагался сухой док. Сегодня промышленность совершенно исчезла. Её место заняли роскошные квартиры на берегу реки, а бывший сухой док превратился в причалы для яхт.
Вот так, совершенно неожиданно, один семейный поход на джазовый концерт превратился для меня в путешествие почти на полвека назад.
Как и раньше, звучала музыка, огни Брисбена отражались в реке, а вместе с ними из глубины памяти возвращались люди, места и целая жизнь.
Все эти воспоминания нахлынули на меня в День отца — 6 сентября 2026 года.
