Russian newspaper "Unification"
Русская газета в Австралии. Издаётся с 1950 года

О приезде первой советской дипмиссии в Австралию

О приезде первой советской дипмиссии в Австралию
Посол Андрей Власов с австралийским правительством

Осень 1942-го, уже почти три года продолжается Вторая мировая война, в которой СССР и Австралийский Союз, несмотря на противостояние своих политических систем, участвуют в антигитлеровской коалиции как союзники. Дипломатических отношений между двумя странами в это время не существует — они прекратились 27 января 1918 года, когда тогдашний генеральный консул Российской империи в Мельбурне А. Н. Абаза сложил с себя полномочия, известив об этом австралийского премьер-министра Уильяма Хьюза.

И вот, после долгих лет разрыва 10 октября 1942 года на переговорах в Лондоне министры иностранных дел двух стран Герберт Эватт и Вячеслав Молотов договорились вновь обменяться дипломатическими представителями. Немногочисленная Австралийская делегация во главе с посланником Уильямом Слейтером выехала раньше советской и прибыла в военную столицу СССР, город Куйбышев, 2 января 1943 года. Дорога заняла почти три месяца — передвигались как правило на военном транспорте, широко огибая зоны боевых действий как на суше, так и на море. Сначала с несколькими посадками на островах пересекли Тихий океан и приземлились в Сан-Франциско. По железной дороге продолжили путь в Майами, а затем через Бразилию, Гану, Судан, Египет добрались до Ирана. Из Тегерана в Куйбышев с посадкой в Баку австралийские дипломаты летели уже на советском военном самолете. Знаменательно, что их временная миссия в городе на Волге официально открылась 26 января 1943 года, в День Австралии, а 12 августа 1943 года она переехала на постоянное место в Москву.

В аппарате НКИД СССР в конце 30-х найти кандидата на должность советского посланника в Австралии сносно владевшего английским языком было чрезвычайно сложно. За годы «чисток» его личный состав буквально вырубили — по доносам и спускаемым сверху планам по борьбе с «врагами народа» расстреливали полпредов и консулов, секретарей и заместителей наркома, машинисток и водителей. Андрей Петрович Власов в НКИД СССР был человек новый — он появился там в 1939 году, сначала как заместитель заведующего отдела кадров и вскоре, в этом же году, его возглавил. До перехода в НКИД он окончил Московский институт стали и сплавов, где после защиты диссертации преподавал и работал ректором. Будучи научным работником Власов немного знал английский, и вот по совокупности анкетных данных, 13 октября 1942 года он был спешно назначен Чрезвычайным и полномочным посланником СССР в Австралии.

Почти столько же времени, сколько и их австралийские коллеги, советские дипломаты добирались из Москвы в Канберру. Правда советских дипломатов было во много, много раз больше… Во Владивосток они приехали по Транссибу, затем на военном самолете прилетели в Сан-Франциско, откуда несколькими группами, пароходами, были переправлены в Австралию. Переезд осуществлялся в обстановке особой секретности. Посол СССР в США М. Литвинов 15 января 1943 года пишет следующее письмо в генконсульство СССР в Сан-Франциско: «В скором времени прибудет на Западное побережье наш Посланник в Австралии т. Власов со своими сотрудниками, их женами и детьми, всего в количестве 40 человек. Как удалось выяснить, отсюда отправить всю партию на одном пароходе не удастся. Пока предлагают разделить их на пять групп, из которых первая должна выехать 26 января, вторая — 31 января, а последняя даже 17 апреля. Мы еще будем тут добиваться ускорения отправки, но, во всяком случае, очевидно некоторому количеству сотрудников придется пробыть в США значительное время. Прошу Вас иметь это ввиду, чтобы устроить их где-нибудь на побережье. Направлять их сюда (в Вашингтон — М.П.) конечно, нет смысла, за исключением, пожалуй, самого т. Власова, если он этого пожелает. Прошу вас со своей стороны информировать нас своевременно о пароходах, направляющихся в Австралию».

28 января 1943 года генеральный консул СССР в Сан-Франциско Я. Ломакин сообщает в посольство СССР в Вашингтоне, что в настоящее время для всей миссии есть только 25 мест на двух пароходах. Стоимость поезда — $375 с человека, дети старше 12 лет — полный билет, дети до 12 лет — ½ билета, до 3-х лет — ¼ билета, 1 год и меньше — бесплатно. К его письму был приложен список всех членов миссии в количестве 39 человек:

Первая группа из 14 человек прибыла в Сидней 5 марта 1943 года, но из-за засекреченности информации о ее передвижении даже австралийские власти не знали точную дату прибытия советского посланника и были застигнуты врасплох. Газеты писали: «Когда сотрудник Министерства иностранных дел, г-н Стокс, зашел на судно чтобы приветствовать того, кто как он понял, будет вторым секретарем советской миссии, его жену и нескольких человек обслуживающего персонала, он с удивлением обнаружил в их числе советского посланника, Андрея Власова. Вместе с ним приехали его жена и три маленькие дочери: Валя (11 лет), Галя (12 лет) и Таня (6 лет) — она держала куклу в одной руке и крепко сжимала руку своего отца». Газетчики заметили, что жена посланника, Ольга Александровна Власова, молода, привлекательна и похожа на хорошо одетую американку. Другие «члены обслуживающего персонала» также оказались сотрудниками миссии и членами их семей — это торговый атташе Сергей Шибаев, Алексей Осипов, Алексей Карпунин, Арсений Зарубин, Феодосия Шишкина (стенографист) и сопровождавшая детей Власова няня.

Положенная по протоколу встреча главы миссии провалилась и австралийские власти были панике. Никто не мог понять почему все же в судовых документах советский посланник и его аппарат были указаны как «домашние слуги»… Г-ну А. Власову были принесены извинения и даны объяснения причин отсутствия Министра иностранных дел д-ра Г. Эватта и других правительственных чиновников. Канберра по телефону была уведомлена о случившемся казусе и после чая в отеле советская делегация отправилась в Канберру.

Прямо на перроне станции в Канберре под проливным дождем миссию ожидали министр иностранных дел д-р Эватт, секретарь его департамента, полковник Ходжсон и журналисты. На их одежде были приколоты красные звезды и другая советская символика. На достаточно понятном английском г-н Власов извинился, что не сможет дать интервью именно сейчас поскольку все измучены долгой трехмесячной дорогой.

Все австралийские газеты от центральных до местных в эти дни публиковали детали приезда советской миссии. Сообщалось, что советский посланник и его семья временно разместились в лучших апартаментах отеля «Канберра», но вскоре переедут в привлекательную резиденцию на Мельбурн авеню, лицензированную Советскому правительству. Описывались всякие мелкие и незначительные подробности — например, как перед отъездом из сиднейского отеля пили чай в холле и веселились, шутя над английским произношением слова «tea», как все улыбались, когда им сообщили, что в Канберре будет очень и очень холодно, и кто из жен говорит по-английски, а кто нет…

С большой симпатией корреспонденты характеризовали самого А. Власова. Вот суммарный портрет нового советского посланника — «Ему 37 лет и он один из самых молодых сотрудников на советской дипломатической службе. Среднего роста и приятной наружности, он производит впечатление сильного человека, обладающего быстрым и живым умом. У него приятная улыбка и характер, что должно помочь ему в его деятельности в Австралии. Внешне его можно принять за делового, хорошо одетого человек из любого англоязычного города и во многом он похож на нашего посланника в СССР г-н Слейтера. Сам Уильям Слейтер в своих мемуарах пишет о Власове следующее: «Он похож на тех многих советских людей, которых мне довелось встречать во время моего короткого пребывания в Советском Союзе. Он обладает энергией, интеллектом и добротой, которые должны помочь ему понять нас и получить представление о нашем образе жизни, о наших институтах и о социальном прогрессе, которого мы стремимся достичь».

На следующий день, 6 марта 1943 года состоялся обед на котором А. Власова официально приветствовал министр иностранных дел д-р Г. Эватт. На обеде также присутствовали военный министр Австралии Форд, полковник Ходжсон, советский торговый атташе Сергей Шибаев и переводчик. Уже 10 марта 1943 года А. Власов вручил свои верительные грамоты генерал-губернатору лорду Гоури. Свое обращение он медленно зачитал на английском, за что получил одобрение всех присутствующих на церемонии официальных лиц. На фотографии, сделанной в этот день в Доме Правительства в Канберре в первом ряду (слева направо): министр иностранных Герберт Эватт, посол Андрей Власов, генерал-губернатор лорд Гоури, премьер-министр Джон Кёртин…

Как же дружественно все начиналось!… Но тут многочисленный «дипломатический состав» советской миссии начал ретиво «изучать» Австралию. Особенно активными были дипломат Семен Макаров и корреспондент ТАСС Владимир Михеев. Они быстро нашли контакты с австралийскими коммунистами, а Владимир Михеев даже сумел познакомиться с Аланом Далзилом — секретарем Герберта Эватта. С 1943 года интересы ГРУ в Австралии представлял полковник Виктор Зайцев. В 1940–41 годах он работал в советском посольстве в Токио и был в тесном контакте с группой Зорге. В 1943–45 годах в Австралии Зайцев вел очень активный образ жизни, много путешествовал по стране, имел возможность свободного входа в МИД в Канберре, где тогда вообще не было секретности. У него также были тесные контакты с Далзилом. В одном из отчетов ASIO (29.12.1942) сообщается, что Далзил показал Зайцеву некоторые секретные документы, когда последний посещал его офис. В 1947 году Зайцев уехал в СССР, а затем занял должность пресс-атташе советского посольства в США. Cоветская шпионская деятельность в Австралии в этот период была связана и с корреспондентом ТАСС Федором Носовым. Он также поддерживал дружеские контакты с Далзиэлем и австралийскими коммунистами. В 1951 году друзья предупредили Носова, что он находится под наблюдением австралийской службы безопасности и его немедленно отозвали в Москву. Кроме него, группа из пяти сотрудников КГБ во главе с Садовниковым вскоре также покинула Австралию. Носова заменил корреспондент ТАСС Иван Пахомов, а затем, в 1952 году, на сцену вышел Владимир Петров, который в 1954 году сдает себя австралийским властям.

3 апреля 1954 года 3-ий секретарь посольства СССР в Канберре Владимир Михайлович Петров попросил политического убежища. При этом он передал властям бумаги, подтверждающие наличие в Австралии советской агентурной сети, благодаря усилиям которой в Москве в 1946–47 годах были известны все детали военно-стратегического сотрудничества Австралии и ее союзников. Раскрытие советской шпионской сети в Австралии получил название «Дело Петрова», СССР в знак протеста в 1954 году отозвали своего посла из Канберры, а австралийское посольство в Москве переехало в Финляндию. Дипломатические отношения были прерваны до марта 1959, когда посольство Австралии вернулось в Москву, в замечательный особняк в стиле модерн работы архитектора Ф. Шехтеля в Кропоткинском переулке. Это здание и по сей день остается резиденцией посла Австралии в Москве.

Марина ПОЛЛАРД, Брисбен

На  фото

А. Н. Абаза, последний консул Российской империи в Мельбурне.

 Герберт Эватт (слева) и Вячеслав Молотов

Первый Посланник Австралии в СССР Уильям Слейтер.

Здание временной австралийской дипмиссии в Самаре (Куйбышев).


1 comment