Russian newspaper "Unification"
Русская газета в Австралии. Издаётся с 1950 года

Глоток чистого воздуха

Несколько лет назад я познакомилась с Тихоном Яковлевичем Белогорцевым, очень тихим и спокойным человеком. Судьба и война «вырвали» его из родных нижегородских мест и занесли в далёкую Австралию.

Жена умерла, после её смерти Тихон Яковлевич почти никуда не выходил из дому. У него было всего два пункта для выхода «в свет»: магазинчик за углом и парикмахерская за другим углом. Несмотря на возраст, Тихон Яковлевич продолжал заниматься садово-огородными делами. Его огород привлекал внимание любого, кто его видел: с первого взгляда он напоминал что-то космически-фантастическое.

Однажды мы сели попить чайку и разговорились о путях, приведших каждого из нас в Австралию. Я и раньше знала, что Тихон Яковлевич приехал в Австралию после немецких лагерей, что он родился и провёл детство и большую часть юности в Нижегородской области.

В тот день он рассказал мне: «Я с самого детства хотел побывать в Австралии. В мечтах рисовались картины морского пути на корабле под русским дореволюционным флагом. Удивляешься, почему под дореволюционным флагом, раз я родился в СССР? Расскажу. Жили мы в городе Сергаче под Нижним Новгородом. Я очень любил ходить в школу – там было весело и интересно, а, главное, там были уроки природоведения, географии, биологии и химии, которые вёл Александр Леонидович Ященко – самый интересный человек, какого я когда-либо встречал. Его уроки были глотком чистого воздуха в будничной жизни: мы переносились то в холодную Лапландию, то в Бухарский край, то на Каспий. Но для меня самыми интересными были рассказы о его путешествии по Австралии, которое он совершил в начале XX века. Рассказы о заспиртованных им ящерицах, лягушках, диковинных насекомых; о больших белых личинках, которых можно есть, и по вкусу они как орехи, о мясе кенгуру, жаренном на углях костра… Может быть, сказывалась наша не сытная советская жизнь, может, что-то ещё, но в моём детском сознании отложилось: самая лучшая и самая «вкусная» страна в мире – это Австралия. А самый лучший кусочек этой далёкой страны – Южная Австралия. Как бы не было мне в жизни тяжело, меня всегда согревали названия: Аделаида, Морган, Капанда, Киллалпанина. Со словом Киллалпанина ассоциировалась красивая женщина в графских одеждах. Вот так мне, мальчишке, виделось.

В тяжёлые, страшные годы немецкого плена, холодными ночами я выжил только потому, что мысленно грелся в Квинсленде: то в Таунсвилле, то в Тувумбе. Поэтому, после войны, когда перед многими бывшими военнопленными встал выбор, куда ехать, для меня этот вопрос был решён: я знал, что хочу только в Австралию. К счастью, по всем параметрам я подходил, и меня взяли. И вот, в чудный солнечный день 25 мая 1950 года моя нога ступила с английского корабля «Оксвордшир» на землю Австралии. Я оказался на том же причале в Порту Аделаиды, где за 47 лет до меня был мой учитель Александр Леонидович Ященко. Удивительно, правда?

Когда, спустя два года, работа по контракту закончилась, я пошёл работать на шахту в районе Кубер-Педи, чтобы заработать денег, и иметь возможность не работать 5-6 месяцев. И, наконец, в 1959 году моя мечта осуществилась: я прошёл и проехал маршрутом моего школьного учителя. Не знаю, в том ли порядке, но по всем местам, о которых он нам рассказывал. Наверное, из нашего класса сделать это никому больше не удалось. Да и слышал я, что ребята моего года рождения – 1924 – почти все полегли на фронте. Жив ли из них кто-то?»

Я с большим интересом выслушала рассказ Тихона Яковлевича. Много было удивительного в его рассказе, но я всему поверила, так как знаю, как интересно, порой, жизнь закручивает и переплетает судьбы людей. Что далеко ходить – мы сами ехали в Австралию, зная, что здесь живёт школьная учительница моего мужа, которая, попав в Австралию в 50-х годах, после смерти Сталина вернулась в Советский Союз, а в конце 80-х опять переехала в Австралию. Поэтому, не удивляясь, а восхищаясь целеустремлённостью Тихона, я запомнила удивительную историю о А.Л. Ященко и по давней привычке записала в дневник.

Прошло совсем немного времени, Тихон Яковлевич умер. А спустя всего несколько месяцев я наткнулась на статью известного русского австралийского архивиста Владимира Кабо о том самом А.Л. Ященко, о его удивительной судьбе и трагической смерти в сталинских застенках. С тех пор я прочитала несколько научных работ А.Л. Ященко и две его книги: «Путешествие по Австралии», изданную в Москве в 1959 году, спустя 22 года после смерти автора, и «Хруп. Воспоминания крысы-натуралиста». Несмотря на то, что книги написаны более ста лет назад, читаются они легко, так как написаны хорошим русским языком, совсем не устаревшим. Мне, живущей в Аделаиде, было очень интересно «пройти» вместе с автором книги по улицам нашего города сто лет назад и увидеть, как тогда было и чего ещё и в помине не было.

И вот в этом году, в октябре на школьных весенних каникулах, наши скауты на три дня поехали на бивуак в местечко под названием Край Света (World’s End). Выехать с ними вместе я не смогла из-за работы, а поехала утром следующего дня. Места я хорошо знала, но впервые ехала здесь после прочтения книги Александра Ященко. Я присматривалась к окружающей природе и видела её глазами дореволюционного русского исследователя. Я ехала по отличному асфальтированному шоссе и всё время думала: а каково было пробираться здесь по бездорожью, часто пешком, с вечно цепляющимися колючками? Взглянув на окружающие меня долины, пригорки, фермы, поняла, что за сто лет мало что изменилось, кроме появления асфальта. В какой-то момент я почувствовала себя в безавтомобильной эпохе, «прикоснулась» к дикой австралийской природе, и каким-то чудом мгновенно прошла усталость трудовой недели.

В лагере во время обеда два мальчика рассказали, что знакомы друг с другом ещё по жизни в Одессе, а теперь встретились в Австралии, вот, мол, как мир тесен. А я рассказала им историю мальчика из Сергача, который, пройдя трудными военными путями, после фашистских лагерей попал в далёкую Южную Австралию, как и его учитель на несколько десятилетий раньше. Вот настолько может быть тесен мир. И ещё одно совпадение: и учитель, и ученик прошли по одному и тому же маршруту в 35-летнем возрасте.

В тот же день я возвращалась в Аделаиду. Поехала другой дорогой, сделав небольшой крюк: хотелось увидеть новые места. В одном посёлке, снизив скорость до положенных 50 км в час, в свете угасающего дня я увидела интересную сцену. Маленький дом, увитый плющом, сад, утопающий в весенних цветах – всё прямо как на картинке викторианской эпохи. Перед крыльцом сидит на стуле, видимо, отец семейства со счастливой улыбкой. Подняв руку, он держит над головой три красные длинные ленточки. За другие концы этих лент держатся три девочки возраста приблизительно от пяти до десяти лет. Они со счастливым смехом бегают вокруг отца, изображая карусель. А в нескольких метрах от них мать снимает высохшее за день бельё, а рядом с ней стоит двойная коляска с крохотными «кулёчками».

У меня от этой картины дух перехватило! Настоящее, неподдельное счастье светилось во все стороны. И красота уходящего тёплого весеннего дня, и последние косые лучи солнца, прорезающееся сквозь ветки деревьев – всё было таким красивым, мирным и спокойным.

…Вспомнила виденное несколько недель назад: люди выехали на природу со своим караваном, включили громко музыку и в клубах табачного дыма играют в карты. Как по-разному можно жить…

А меня до сих пор согревают воспоминания о тихом вечере многодетной семьи. Маленькая мгновенная картинка, увиденная случайно, из окна машины, всего на несколько секунд. Когда я подъехала к городу, сразу попав в поток машин, поняла: настоящая цельная жизнь там, где заканчивается мегаполис, там, где можно глотнуть чистого воздуха, увидеть восход и закат, величие природы и, может быть, приблизиться к Богу.
http://saintnicholasadelaide.org.au/
 

Книгу А.Л. Ященко «Путешествие по Австралии» можно прочитать здесь:

http://geography.su/books/item/f00/s00/z0000024/index.shtml


Ваш комментарий