Russian newspaper "Unification"
Русская газета в Австралии. Издаётся с 1950 года

Российское кино на Голд Кост

В ночь перед церемонией награждения прошел отличный дождь, после почти месячной засухи:"Это мы вам дождь привезли,"- сообщил номинант на награду Тихоокеанской Киноакадемии Владимир Башта.- "Хотели, конечно, привезти снег. Но довезли только дождь".Прекрасное начало интервью! Тем более, при жестком графике события, организаторы дали только 45 минут на беседу с российской делегацией. Далее их ждали представители местных телевизионных станций и газет. B фойе шикарной гостиницы "Марриотт" на Голд Кост, Surfers Paradise,- Гарри Бардин ( номинант в категории мультипликация), Владимир Башта (оператор) и Денис Осокин (сценариcт). 

Га́рри Я́ковлевич Ба́рдин — российский режиссер, сценарист, актер. В качестве актера снимался во многих фильмах, в том числе: «Москва слезам не верит», «Розыгрыш» (учитель), «Волшебник изумрудного города» (Железный дровосек), «Волк и семеро козлят на новый лад» (волк). Известны, любимы и до сего дня популярны его работы в качестве режиссера-мультипликатора, в том числе «Летучий корабль»(1979),«Приключения Хомы» (1978), «Пиф-паф, ой-ой-ой» (1980). Гарри Я́ковлевич особенно известен работами в жанре пластилиновой анимации. На Asia-Pacific Screen Awards Гарри был номинирован за мультфильм 2010 года «Гадкий утенок». Полная информация о этапах творческой карьеры: http://www.kinopoisk.ru/level/4/people/174295/


Владимир Башта — лучший российский оператор 2010 года, снявший «Кандагар» Андрея Кавуна и «Брестскую крепость» Александра Котта, а также фильмы: «Вдовий пароход» (2010) реж. С.Митин; «Год обмана» (2010) реж. А.Котт; «Опасная связь» (2008) реж. М.Любакова; «Посторонний «(2008) реж. А.Котт;" Реальный папа „(2008) реж. С. Бобров;" Тихая семейная жизнь“ (2008) реж. М.Живов;" Ваша честь „(2006) реж. А.Кавун; „Последний забой“ (2006) реж. С.Бобров;" Красная капелла“ (2004) реж. А.Аравин;„Курсанты“ (2004) реж. А.Кавун; " В созвездии быка» (2003) реж. П.Тодоровский; «Московские окна» (2001) реж. А.Аравин;" Жизнь, Осень «(1998)(документальный) реж. С.Лозница, М. Магамбеков, и др. На Asia-Pacific Screen Awards номинирован за работу в фильме «Брестская крепость».


Денис Осо́кин — российский прозаик, сценарист. Проза публиковалась в журналах и альманахах «Знамя», «Вавилон», «Октябрь», «Улов», «Топос», «ВОЛГА-XXI век», «Воздух», «Дирижабль» и др., в сборнике произведений лауреатов и финалистов премии «Дебют» «Война и мир — 2001» (М.: ОГИ, 2002). Повесть «Овсянки» (опубликована в журнале «Октябрь» под псевдонимом Аист Сергеев) легла в основу одноимённого художественного фильма (2010, режиссёр Алексей Федорченко).Картина представляла Россию в основном конкурсе Венецианского кинофестиваля, где имела успех: «Сам Тарантино, великий и ужасный, демонстративно аплодировал стоя на премьере российской картины». В английском прокате фильм называется Silent souls («Тихие души»).


Получилось так, что начали разговор все вместе. Гарри Бардин, конечно, для меня — легенда. Я выросла на его мультфильмах и, при случае, с удовольствием смотрю и сейчас. Известность, признание, премии пришли к Баште и Осокину, когда я уже жила в Австралии и истинные размеры их популярности в России мне оценить трудно.
По ходу беседы, участников уводили для более «серьезных интервью» и, в конце концов, подробное интервью получилось только с Денисом Осокиным. Интересно, что именно Денис, вместе с Надеждой Маркиной, с которой мне посчастливилось поговорить сразу после ее приезда и просмотра фильма «Елена» на кинофестивале, и стали обладателями премии Азиатско-Тихоокеанской Киноакадемии.

Когда я записывала интервью с Осокиным для этой статьи, то позволила себе украсить его цитатами из фильма «Овсянки»- его проза в Австралии малоизвестна.


Впечатления, надежды и кенгуру


— Какие ожидания по поводу наград?
Гарри Бардин: Никаких


— А видели конкурентов?

Г.Б.- Да, я видел. В Интернете


— И как?
Г.Б. — Ну, в общем, никак…


— И мне тоже сказали, что русские в фаворитах. Значит, вы все вечером на красной дорожке будете?


Владимир Башта: Вчера у нас уже прошла репетиция. Дорожка, правда, была синяя. А стены были обтянуты черным бархатом с огоньками. Великолепно!


— Хорошо, давайте еще про впечатления! Насколько жизнь здесь отличается от российской?
В.Б.- Здесь мы живем в пятизвездочном отеле!


-То есть на улицу вообще не выходили? С простыми людьми не общались?

Г.Б. — С вами первой! До этого мы общались с коалами, кенгуру, попугаями.


— И как?
Г.Б.- Они вопросов, в отличие от вас, не задавали.


— Гарри Яковлевич, ну извините, — работа такая. И вопрос, извините, опять к вам: А кенгуру вы лепить еще не начали?

Г.Б.- Однажды у меня был сценарий по этому поводу, давно, правда. Назывался «Мама ням-ням», в Молдавии потом сделали мультфильм.


— Вам кенгуру кажутся какими-то особенными?
Г.Б.- Конечно, они особенные! Мы видели маленьких кенгуру на Stradbroke Island, а сегодня — кормили больших в заповеднике Currumbin. Еще в заповеднике поразили маленькие попугаи.


— Лоррикит!
Г.Б.-.Да, лоррикит, когда они слетались для кормежки.


Птицы и дети


— Денис, это же у вас страсть к птицам? Вы даже публиковались под псевдонимом Аист Сергеев!

Денис Осокин — Ну, страсть у меня не только к птицам, а вообще к животным! Я очень жалею, что здесь один, без семьи. Моeй дочери было бы очень интересно!


— Да, детям здесь — здорово! И, как родитель, могу сказать, что Голд Кост — прекрасное место растить детей! Гарри Яковлевич, особенно ваш «Гадкий утенок» заставляет задуматься, как и какими дети вырастают в России. Читала в российской прессе, что этот мультфильм желательно было бы рекомендовать для просмотров в школе. Что, прямо все так плохо?

Г.Б.- Да, не просто…есть момент нетерпимости, ксенофобии в России. Но мультипликация, — она же не только детям адресована, я и не делаю фильмы только для детей.


— Ваша пластилиновая мультипликация — слепок с общества?
Г.Б.- Да, правда.


— А курятник — это сегодняшняя Россия?
Г.Б. — Это — образ тоталитарного общества!


— А что тогда — лебеди? Когда гадкий утенок превратился в лебедя и улетел?

Г.Б.- Ну, это каждый сам решает. Я не могу все «разжевывать».



Еще раз об отличиях и почему в Москве жить хорошо


— Гарри Яковлевич, вы ведь поездили по другим странам?

Г.Б.- Да уж!


— Ну и как, Австралия сильно отличается?

Г.Б. — Отличается! Австралия очень отличается! Все другое! И атмосфера другая, и все другое!


— А как с переменой часовых поясов?
Г.Б. — Мы уже пообвыклись! Теперь не знаем, как будем в Москве привыкать!
В.Б. — Да в Москве все отлично! Стоит зима, все катаются на санках, едят икру и говорят по-русски! Мы стараемся «подглядеть» жизнь здесь на континенте, но что можно увидеть за два дня! Мы здесь — по работе, есть некое профессиональное сообщество, которое нам интересно. Жизнь вокруг интерeсна тоже, но что мы о ней можем сказать?
Г.Б. — А меня вот что еще сегодня «толкнуло»: полное отсутствие каких-то исторических и культурных привязанностей. Я недавно был во Франции, а потом в России — в Оpенбурге, Саранске. Везде исторические памятники холят и лелеют. А здесь мы этого не встречали вообще. Молодая страна!
Д.О. — Огромные отличия в природе. Что касается общества, то мы, конечно, еще ничего не поняли. Я фотографирую здесь очень много.

.. Я работаю фотографом на нейском бумкомбинате.
это в высшей степени странное призвание — но очень типичное для моей судьбы и окружающего меня родного пейзажа. фотографировать мне приходится не часто…
Аист Сергеев «Овсянки»


— Денис, вы же фольклором занимаетeсь? Это большая редкость?

Д.О.- Да нет, довольно много людей увлекаются и занимаются фольклористикой, этнографией. Я думал, что буду заниматься наукой, но сложилось так, что стал заниматься художественной литературой. Сотрудничаю с кино, время от времени. Далеко не все мои книжки связаны с традиционной культурой. Это — не единственное, что мне интересно.


— Прочитала, что в «Овсянках " вы сами придумали традиции и обычаи…

Д.О. — Это не этнографическая работа, эта работа другого плана — о похоронах жены. А вся этнография там вспомогательная, действительно придуманная. Взял несуществующий в мире народ, который якобы давным-давно растворился в современных русских, для того, чтобы мои герои делали все, что хотели, чтобы у меня были «развязаны» руки, при этом была бы мотивированa культурная традиция, герои не стояли бы «вне общества», а вполне были бы гражданами современной России.


.. Народ странноват тут — да. Лица невыразительные, как сырые оладьи.
Волосы и глаза непонятного цвета. Глубокие тихие души. Половая
распущенность. Страсти не кипят. Частые разводы, убийства и 
самоубийства не имеют видимых оснований.
Аист Сергеев «Овсянки»


— В фильме много эротических сцен. Это собственный опыт?

Д.О. — Здесь невозможно ничего раскладывать, фантазии и собственный опыт в фильме переплетены, я не могу это прокомментировать. В книге гораздо больше эротических сцен, чем в фильме. В повести побольше всяких смысловых граней.


— А как вообще жена относится к такого рода творчеству?
Д.О. — Она моя первая читательница.


— Над чем вы сейчас работаете в области литературы? Приносит ли доход литературная деятельность?

Д.О. — Нет, литература дохода не приносит. Работа в кино — основной источник существования. «Овсянки» — мой самый первый большой проект. До этого было несколько документальных фильмов, несколько короткометражных игровых. А чтобы был такой резонанс, такая фестивальная судьба, прокатная судьба…«Овсянки» — это первая работа такого уровня. И сейчас мы с Алексеем Федорченко, режиссером фильма «Овсянки» делаем следующую картину, по моему сценарию, по моей книге, называется «Небесные жены луговых морей». Это картина о марийском народе.


— У вас какие-то связи с марийским народом?
— Я там живу на Средней Волге,- пространство, которое я считаю своим, родным, неплохо ориентируюсь еще со школьных времен. Чем старше становлюсь, тем больше знаю, мы все живем по-соседству. Как писателю, мне это интересно. Повторяю, традиционная культура и этнография — не единственный угол зрения, через который я смотрю на мир.


— Возвращаюсь к Австралии, что вас удивило?
Д.О. — Я ожидал, что буду поражен австралийской природой. И меня на самом деле все очень впечатляет, при моей любви к многообразию мира. Когда-то я мучительно выбирал между биофаком и филфаком. А тут: экзотические птицы шастают по улицам, по крышам, цветут деревья, все экзотические звуки и запахи. И это то, о чем я буду рассказывать, когда вернусь,- что поразило меня на эмоциональном уровне. О краскаx, о звуках, о запахах Австралии. Как шелестит и пахнет океан. Мы же купались в первый же день. Делаю фотографии, чтобы показывать, рассказывать дома….Не думал, что окажусь в Австралии в ноябре. Был приятно поражен, когда узнал, что номинирован на премию в Австралии, потом — когда получил визу. Это моя самая дальняя поездка, дальше — некуда, в Антарктиду только.


…Знаю: ноябрь — месяц покупок.
конец года — ярмарка чудес.
когда нужно быть импульсивнее, решительнее.
береты художников и колпаки магов падают на
наши головы с первым снегом. Лично я всегда
с радостью подставляю свою. Жду ноябрь с волнением.
Аист Сергеев «Овсянки»


— Денис, я читала, что у вас дома живет много животных.

Д.О. — Обычно — да. Но сейчас не так много. Только собака такса и палочники.


— Палочники — это кто?
Д.О.- Это южно-американские насекомые, похожие на веточки сухие, у них сильно развита мимикрия, они маскируются под окружающую среду. Едят дубовые листья, мы им дубовый веник покупаем на базаре, а еще их нужно регулярно водой опрыскивать, из брызгалки для глаженья. Я много переезжал в последнее время, с квартиры на квартиры, и животных у меня стало поменьше. Животные и растения очень часто становятся героями моих книг.


… Давайте их выпустим? — сказал он мне после того, как я в очередной раз вернулся в машину. — Пусть едут с нами в салоне. И Танюша очень любила птиц. Не держала дома — потому, что не могла видеть их в клетках. Я все думал — цаплю что ли ей подарить — чтобы свободно разгуливала. Но цапля еще в коленку клюнет. Как представлю себе пробитую Танину коленку. Я ответил: можно, но как-то неуверенно, вдруг будут гадить или замечутся. Овсянки — они пугливые какие-то.
Аист Сергеев «Овсянки»


— Денис, а вы конкурентов своих на премии видели?
— Знаком только с фильмом «Кочегар», остальных знаю только по каталогу.


— Ваш фильм будут показывать на большом экране?
— Сотрудники фестиваля мне сказали, что будет большой прокат, Австралия закупила фильм.


— Я вам желаю удачи и получить премию сегодня вечером!
— Очень симпатичная премия и, что меня больше всего радует, — мы уже стали членами Киноакадемии. Приятно быть причастным к этому всему.


— Что это вам дает? Вы будете чаще ездить в Австралию?
— Mы стали членами Академии очень симпатичного Азиатско-Тихоокенаского региона, это приятно! Это дает возможность участвовать в жизни Киноакадемии, номинировать в последующем свои картины, это- профессиональная причастность к этому союзу. В первый вечер, посвященный нашему приезду, нам сказали, что «У вас теперь здесь друзья и коллеги».


— Вы чувствуете интерес к вам как к представителям российской кинематографии?
— Да, конечно! Очень многие ко мне подходили, к моим товарищам.


— Денис, еще раз желаю вам удачи и спасибо, что приехали в такую даль!


…Cлово нет — любимое слово мери. Даже значение слова да мы нередко стараемся передать через нет. Меня нет здесь уже четыре месяца. Мы разбились с Мироном Алексеевичем на обратном пути. Овсянки помогли нам в этом. Бросились с поцелуями в глаза водителю. Мы упали с кинешемского моста в великую мерянскую реку. Она еще не успела тогда застыть. Овсянки куда-то делись. Возможно вернулись на птичий рынок. на какой только? Мирон Алексеевич сразу отправился искать Татьяну — хоть прекрасно знает, что это бесполезно. Геленваген наш вытащили — а жаль. Я с радостью жил бы в нем и дольше. Тогда я решил немного пройтись, спустился до Юрьевца — там повернул в Унжу — поднялся в Кологрив и отыскал заиленную пишущую машинку отца. Зашел с ней в тихую реку нею против города Неи — где был мой дом. До чего хорошо здесь. На рдестах-водорослях и боках мертвых рыб я отстучал эту книгу. А теперь начало весны. Я вернулся под мост в Кинешму.
Аист Сергеев «Овсянки»


Из речи Des Power, председателя премии Киноакадемии Азиатско-Тихоокеанского региона, после церемонии вручения наград, 24 ноября 2011 года:
«…Действие одного из фильмов-победителей — Silent Souls («Овсянки») происходит в удаленном уголке северо-западной части России. Жизнь здесь относительна проста и соблюдаются традиции прошлых веков. Двое мужчин — героев фильма считают своим долгом сохранить традиции своей культуры….Нация жива, пока помнит свой язык и соблюдает традиции. B ситуации, когда культура недооценивается, когда мы не помним, кто мы и что мы и наше происхождение становится менее и менее важным, социальные, политические и экономические устои общества начинают разрушаться. В мире, которым заправляют военные и экономически могущественные, должно оставаться место для сохранения культуры и возможностей для ее свободного и достойного выражения «.


Записала


Ваш комментарий