Russian newspaper in Australia
Русская газета в Австралии. Издаётся с 1950 года

Живительный дождь в монастыре

Бесконечная дорога в причудливых облаках, на маленьком, почти новом автобусе, казалась полетом над бездной... Я мысленно соглашалась, что эта поездка в в мужской православный Спасо-Преображенский монастырь, расположенный у самых Снежных гор, не только для меня, но и для многих людей нашей группы паломников, стала подготовкой к той важной встрече, которой еще предстояло произойти. Были среди нас люди, которые много лет назад попросили духовного руководства у отца Алексея (Розентула) и с тех пор следуют его наставлениям. Я также ехала в этот монастырь не случайно, и не в первый раз.

Хочется поделиться особенной радостью, которую я, да и все паломники испытывают после посещения монастыря. Еще свежо воспоминание чудных ночных и  вечерних молитв, когда весь мир спит... За этой молитвой, за стяжанием  мирного духа, за возможностью понять и успокоить свою душу едут  паломники в  монастырь со всех концов  Австралии...

   Дорога не только  бесконечная, а ближе к монастырю, размытая дождем, извилистая, с крутыми спусками  и подъемами, разветвлениями и тупиками, скоплениями  камней... После каждого поворота  думаешь, наконец-то приехали. Уж так хочется  скорее добраться до места!

  А между тем дорога интересная и полна запоминающихся городков, озер, речушек.  Через пару часов после выезда из Сиднея,  скользя по ровному как стекло мокрому асфальту, автобус  прибывает в городок Голбурн, где  огромный памятник "Барану" является  украшением  и символом. В это же городке  находится самая большая тюрьма, и, как положено, Полицейская  Академия...

Или взять озеро Джордж под Канберрой.  Бессменный  организатор поездок Георгий Скорняков ,  он же Юра,  с улыбкой  добавляет, что озеро названо в честь него.  А озеро это - странное! За эту мистическую странность  аборигены  никогда не подходят к нему. Вода в озере то появляется, то исчезает. Юра рассказывает, что  когда-то, в 60-е годы,  в это озеро русские запустили рыбу,  она расплодилась так, что  все берега были заняты рыбаками. А сейчас можно наблюдать как на  этой огромной площади пасутся овцы, коровы, лошади. Интересно  и то, что ученые не могут объяснить, куда же уходит вода...

Последняя остановка перед монастырем состоялась в городке Кума (Cooma),  рядом с аллеей в парке, на которой развевались флаги многих стран. Наташа Лобастова поторопилась выйти первой, чтобы  увидеть развевающийся на ветру бело-сине-красный российский флаг. Потом рассказала мне историю.

 В 1999 году вся Австралия торжественно отмечала 50-летие  начала  строительства гидро-энергетической системы Снежных гор, этого самого крупного инженерного проекта в послевоенной Австралии. На торжествах  установили стеллу  с именами  участников  и обновили  Аллею  флагов. Но в тот год русский флаг не подняли. Хотя очень много русских рабочих и специалистов было привлечено к строительству  энергосистемы. Павел Николаевич Скобелкин  был приглашен на торжества в качестве почетного  гостя. Двадцать три  года жизни он отдал строительству этого  энергетического комплекса и  на юбилейную встречу прилетел из Папуа Новой Гвинеи, где  работал в то время. Он и рассказал Наташе  о том, что  среди десятков флагов иностранных государств, русского флага на Аллее  - нет.  Наташа Лобастова вместе с Русским Этническим представительством взялась исправить досадную оплошность местных властей, и 18 ноября 2000 года состоялась церемония поднятия русского флага на Аллее первостроителей. В церемонии приняли участие владыка Иларион, посол России Р. Хамидулин, мэр города Кума и многие другие ответственные лица.

 И вот мы вновь в дороге. Водитель Виктор обратил наше внимание на вершины далеких  заснеженных величественных гор.  По мере приближения к монастырю по сторонам дороги появлялся редкий  низкорослый лес  причудливой формы, с  изогнутыми стволами  эвкалиптов, корявыми и черными. Мхи и лишайники  на огромных глыбах камней поражали наше  воображение. Природа вокруг рождала  ощущение колдовского места. Огромная черная туча  гналась за нами. Скорее бы приехать в монастырь...

   Монастырь появился неожиданно, сквозь сучья  и заросли кустарников показались  желто-зеленые очертания крыши. На душе стало легко. Гостиница растянулась по берегу реки. Заглянув в реку, я не обнаружила воды. Чуть-чуть  в лужицах отражалось небо. Жалко, водица привлекала и кенгуру, и птиц, и другую живность.

Быстро  собираемся  на вечернюю молитву. Идти минут пятнадцать. Чернящая  туча  зависает над нами... Раскатистый гром  с огненными молниями режет небо и в эту же минуту хлынул поток дождя, как из ведра, набирая силу, с такой скоростью, что все смешалось в один серовато-пепельный цвет. Шум дождя заглушал все, даже биение сердца... Дождь продолжался чуть больше часа,  прекратившись также неожиданно, как и начался. Выглянуло  последнее предзакатное солнце. Река наполнилась  до краев, течение тащило  обломанные сучья , кору, листья...

В связи с этим мне вспомнился рассказ отца Алексея  о поиске места для монастыря. Два  с половиной года искали они хорошее место, где можно было построить русскую церковь в кругу  милых березок, которые несомненно вырастут.  О.Алексей уже хотел отказаться от своей затеи, но его уговорил бывший наставник в семинарии в США, предсказавший, что очень скоро найдется  хороший участок земли, да и средства на его приобретение. Так и получилось.

Это было  тяжелое время для фермеров, шесть лет засухи. Фермеры землю отдавали за бесценок, чтобы хоть как-то продержаться до лучших времен. Вскоре после после разговора с наставником, некий предприниматель передал  Церкви сумму достаточную для покупки половины  участка, а учитывая  денежные накопления ранее, монахи решили купить участок  размером 800 гектаров в 200 километрах от Канберры. Улыбнувшись, о.Алексей  добавил, что сделку заключили  по телефону. Никто  даже представления не имел, что за землю они купили.

Когда же посмотрели это место, то пришли в ужас. Выжженная  земля после  шестилетней засухи, искореженные деревья. Несмотря ни на что монахи решили отслужить благодарственный молебен. И тогда пошел дождь. Такой же, как тот, который встретил нас. И в этот же день засуха ушла в историю.

Но не сразу начали строить монастырь. На пять лет о. Алексея направили служить на Святую землю. Его мечта  стать монахом  зародилась в  глубоком детстве. Дед и бабушка, выходцы из Нижегородской и Тверской  губернии, жившие тогда  в Петербурге, в 1948 году  попали в Австралию. Вспоминая свое детство о. Алексей  рассказывает, жить было трудно. Никаких пособий, как сейчас, тогда не было. В школе  им всегда доставалось от австралийцев. Над  ними издевались и на Пасху. У всех были квадратные сэндвичи, а у них круглые  куличики. Это были бесконечные детские истории, которые часто заканчивались потасовками.  Русские дети  тогда все чем-то занимались. Мальчики народными танцами, девочки -  балетом, большинство  участвовали в спектаклях, рисовали, участвовали в празднике "День русского ребенка",  к которому все готовились задолго. 

Когда ему шел 12-й год о.Алексей определил  свой  путь. И созданный монастырь - это его  выражение и отношение  к  жизни. о.Алексей уточняет, что Евангелие говорит, что настоящий христианин должен искать живое настоящее дело и свою дорогу к Богу. Наука из наук -  дисциплина, обряды, аккуратность... В этом монастыре, мы стремимся помочь каждому выразить себя. Будь это иконопись, огород, керамика, работа по дереву... Каждый человек переживает творческий процесс, который проходит через его сердце. Вход в художественное творчество - это живое  отношение  живого сердца. Это постоянный поиск своего внутреннего  "я".

 Всего  шесть месяцев пробыл о.Алексей в школе, где учились лучшие  художники Австралии. Строжайшая дисциплина. Его интересовала иконопись. Заработав немного денег,  он уезжает в Америку и поступает в монастырь, где также занимались живописью. Руководил курсом  отец  Киприян, 80-летний  белый эмигрант, опытный иконописец, правда, строптивого характера. Многому он научил молодого  монаха. Особое внимание о. Алексей обратил на становление как художника, так и человека  через реставрацию иконы. Когда художник начинает раскрывать  икону, слой за слоем, тогда рождается и "реставрированный" человек. Работа над  иконой укрепляет в человеке дисциплину.  В 19 лет  он поступает в Свято-Троицкую семинарию в США, но потом пришлось вернуться в Австралию. Путь к монашеству оказался долгим и неожиданно сложным.

Наступило время, когда о.Алексей сам начал  писать иконы, расписывать храмы. Самым дорогим  детищем стал  храм в его Спасо - Преображенском монастыре, где он работал в течение 10 лет.  Храм преобразился.  Об этом красноречиво говорит евангельское повествование, когда  Иисус взошел на гору Фавор. С ним были ученики. Они-то и стали свидетелями  чуда. Их учитель внезапно преобразился: лик его стал излучать сияние, а одежды сделались белыми, как снег. Потому монастырь и называется  Спасо - Преображенский.

Монастырь действительно преобразился за эти годы. Знакомые, которые  ездят сюда регулярно лет двадцать, показали мне  старые фотографии. Я удивилась, потому что  Храм стоял в пустынном месте. Не выросли тогда ещё огромные деревья с раскидистыми ветвями.

Не задумываясь,  спросила: Около  двадцати лет  вы ездите  в монастырь! Зачем?

И тогда  паломник Александр рассказал мне маленькую притчу. «Дедушка в течение долгого времени каждое утро давал внуку корзинку и просил принести воды из реки. Так было и в очередной раз. Внук робко спросил деда: - Зачем? Ведь вода все равно выбежит. Тогда дедушка ответил: - Зато, корзинка чистая!»

Бомбала - Сидней


1 comment