Russian newspaper in Australia
Русская газета в Австралии. Издаётся с 1950 года

Репетиция музыкальной победы

В течение трех дней в Сиднейской филармонии звучала русская симфоническая музыка – Рахманинов и Шостакович. Концерты по времени совпали с празднованием Дня Победы.

Дирижировал Сиднейским оркестром маэстро Александр Лазарев, известный российской публике по Большому театру пост-брежневских времен, где он более двадцати лет руководил оркестром. Программа «Русские маэстро» стала безусловным событием сезона, как для австралийской, так и для русской части сиднейцев.

 

Один из концертов проходил в День Победы. В первом отделении прозвучал Третий концерт Рахманинова с Лукасом Вондрачеком в партии фортепиано. 28-летний чешский пианист дебютировал в Сиднее в 2007 году тоже с музыкой Рахманинова, тогда он исполнил Рапcодию на тему Паганини. Неожиданно Вондрачек вызвал гораздо больше откликов в прессе, нежели «русские маэстро». Это объясняется, в большой степени, его ученичеством у Владимира Ашкенази, нежели особой трактовкой музыки Рахманинова, которой, к сожалению, не наблюдалось. То ли сказался синдром первого отделения, то ли музыкальная школа пианиста. Продемонстрировав великолепную мелкую технику и трепетное туше, он, на мой взгляд, не справился с драматургией. А поскольку Третий концерт одно из самых узнаваемых произведений русского фортепианного наследия, судить об исполнении уместно только с учетом его русской стилевой составляющей. Для передачи рахманиновского масштаба Вондрачеку не хватило импровизационной свободы и проникновенного и густого звука. Однако, в том, что Вондрачек пианист весьма достойный, жители Сиднея смогли убедиться в его сольном концерте 12 мая, где он исполнил музыку Гайдна, Прокофьева и Брамса.      

 

Вторым отделением праздничной программы стала Пятнадцатая симфония Шостаковича, дирижер Александр Лазарев.

Это сочинение глубоко театрально и тембрально выразительно. В своей последней симфонии мастер гротеска Шостакович представил панораму советской эпохи. Музыкальная драматургия строится на цитатах из Вагнера и Россини, есть ряд отсылок к Малеру и Глинке. Композитор виртуозно играет со знакомыми темами, вкрапляя яркие контрастные узоры в симфоническую канву.

 

Ни для кого не секрет, что акустика в Сиднейском зале сложная, справляться с ней не всякому под силу. Лазарев вел оркестр уверенно. Все части были исполнены грамотно, разве что не в полную силу, не до конца. Слишком корректно. То, что принято называть «европейской манерой дирижирования» трудно применимо к русской музыке. Удается это только редким гениям. Победа не может быть в меру, а страсть – оформленной, трагедия вытесняет гармонию. И об этом Пятнадцатая симфония. 

 

Слушатели приученные к эталонному звучанию (Евгений Мравинский, Курт Зандерлинг, Максим Шостакович или Валерий Гергиев), ожидают преодоления звуковых и темпоральных барьеров, космизма мышления. Но страсть замещается трепетным волнением, а траур и тягучая ностальгия – поверхностной грустью. Неожиданные фанфары в медной группе придавали темперамента, но несмотря на это ударные так и не развернулись в полной мере. Присущая Шостаковичу яркая музыкальная образность оказалась подретушированной.

 

Тем не менее, публика встретила «русских маэстро» продолжительными овациями. И, главное, захотелось поспорить – а по-русски ли они звучали? И что значит «русский маэстро»?        

 

В настоящее время А.Лазарев является главным дирижером Филармонического оркестра Японии и продолжает сотрудничать с такими российскими коллективами, как Академический оркестр Санкт-Петербургской филармонии и Российский национальный оркестр. Исполнение Шостаковича в Сиднее для дирижера уже стало традицией. По замечанию австралийских критиков, он – «превосходный русский маэстро» для «интригующей Пятнадцатой симфонии».

Но то ли еще будет – в ноябре музыку Рахманинова и Шостаковича сиднейцы услышат в исполнении Лондонского симфонического оркестра под управлением Валерия Гергиева. А в партии фортепиано во втором концерте Рахманинова на сцену выйдет Денис Мацуев. Будут вам и гром и молнии, и страсть, и смерть, и Победа.


2 comments