Russian newspaper "Unification"
Русская газета в Австралии. Издаётся с 1950 года

Как калмыки с казаками улицу поделили

Жизнь и досуг среднестатистического американца организованы вокруг церкви. Это отмечали еще Ильф и Петров в своей «Одноэтажной Америке». Община строит церковь, собирает деньги на свои нужды и выполняет множество других «социальных» функций. И относится это не только к христианским конфессиям, но — и даже в большей степени — к буддистам, среди которых есть и наши соотечественники — проживающие в США калмыки.

Большая часть калмыцкой диаспоры появилась в Америке в конце 1951 года, а в целом диаспора состоит из калмыков трех волн российской эмиграции. Часть ее составляют калмыки, предки которых покинули Россию после гражданской войны, главным образом в составе казаков Войска Донского. Когда большевики пришли к власти, многие калмыки сразу бежали в Турцию, а оттуда во Францию и страны Восточной Европы — в Сербию, Болгарию, Румынию, Чехию. Эти калмыки никогда не жили при советской власти и незнакомы с советской жизнью.

Из лагеря ДиПи — в Америку
Более 700 человек примкнули к калмыцкой колонии в конце Второй мировой войны. Пожилые калмыки, которым сейчас по 70–80 лет, рассказывают, что им пришлось сменить четыре-пять стран, прежде чем они осели в США. Когда в 1945 году советские войска вошли на Балканы, калмыки-эмигранты были вынуждены покинуть приютившие их страны и двинуться в Германию. НКВД разыскивало эмигрантов, чтобы отправить их на верную гибель в лагеря ГУЛАГа. Так калмыки оказались в оккупированной союзниками части Германии — в лагерях для перемещенных лиц под Мюнхеном. Без гражданства, они были лишены работы и не могли получать образование.
Шесть лет они пробыли в лагере для перемещенных лиц, получили отказ за отказом в гражданстве от семнадцати стран, пока, наконец, благодаря усилиям русских эмигрантов из известного Толстовского фонда ни переехали в Америку. Приезд калмыков в Америку инициировала дочь великого русского писателя Александра Львовна Толстая, возглавлявшая фонд и развернувшая кампанию в прессе в поддержку калмыков.
Из 571 калмыка, которые по линии фонда иммигрировали в США в том году из Европы, одни переехали жить в Филадельфию, но большая их часть обосновалась в полутора часах езды от центра Манхэттена — в городке Хауэлл, штат Нью-Джерси, по соседству с селившимися здесь в то же время российскими казаками, русскими, украинскими эмигрантами.

In the bottom of the bottom — ниже всякого низа — так оценивали свое положение по приезде сами калмыки. Без языка, без гражданства они никому здесь не были нужны, и в какой-то момент их даже хотели отправить в Парагвай. Но калмыки предпочли жизнь и работу на Атлантическом побережье. Мужчины стали устраиваться на работу в основном в строительный бизне¬с. Но работа эта была сезонной, и зимой они получали пособие по безработице. Часть мужчин работала на предприятиях легкой промышленности, другие трудились садовниками, в торговле. Те, кто имел дипломы о высшем образовании, на момент приезда не могли работать по специальности из-за незнания английского языка или отсутствия лицензии. Основная масса женщин, как и их русские соотечественницы, работала швеями на фабриках.
Калмыцкая колония отреагировала на появление новых людей настороженно и стала именовать вновь приезжих колхозниками, советчиками, безбожниками, считая их неотесанными и грубыми. И только со временем, в результате поощряемых браков между своими, границы между ними стали размываться.

Как рассказывают сами американские калмыки, верх сообщества занимают эмигранты первой волны и их потомки, да¬лее идут эмигранты второй волны. И, наконец, внизу находятся эмигранты 1990-х годов и совсем последних десятилетий — третья, совсем молодая часть диаспоры. Именно они сегодня больше стремятся в крупные мегаполисы — Нью-Йорк и Вашингтон, потому что там легче найти работу, да и культурных и прочих возможностей гораздо больше, чем в маленьких городках. Однако город Хауэлл (ныне побратим столицы Республики Калмыкия — Элисты) по-прежнему остается неформальной столицей калмыцкой диаспоры. Одна из его улиц даже названа Калмыцкой — Kalmuk Road.

Храм — всему голова
Калмыцкая культура по своей сути является буддийской. Все самые важные события жизни калмыка — рождение ребенка, совершеннолетие, женитьба освящаются буддийскими обрядами. Американская диаспора имеет четыре калмыцких буддийских храма, три из которых находятся в Хауэлле. Каждый из этих храмов построен отдельной группой калмыков и при каждом существует свое сообщество, которое занимается организацией культурной и религиозной жизни американских калмыков. При каждом из этих храмов действует буддийский монастырь.
Первый буддийский храм в Америке — Rashi Gempil Ling Temple, находится по соседству с русским православным храмом — Свято-Георгиевским, построенным русскими казаками. Монастырский храм состоит из двух зданий — непосредственно храма и своего рода небольшой часовни (как сказали бы православные). Все, что находится в этом маленьком храме — это круглый, красиво украшенный молитвенный барабан с многочисленными мантрами в центре. Буддисты вращают барабан и верят, что все, о чем они просят, исполнится.

Если поехать по другую сторону трассы 9, вглубь, то улица Калмыцкая приведет вас еще к одному буддийскому храму — Choephel Ling Temple, построенному в период с 1973 по 1976 год. По обе стороны улицы — дома клмыков, ничем не отличающиеся от домов живущих в Хауэлле соседей — американцев, русских, украинцев, белорусов, евреев.

Совсем рядом с этим храмом — еще один монастырь — Tashi Lhunpo, столетнее здание которого он занимает с середины 1950-х годов. Сейчас большинство монахов, живущих в этих трех монастырях, родом из Монголии и Тибета, но есть и этнические калмыки. Большую часть времени монахи посвящают миссионерской деятельности — путешествуют по стране, духовно руководят и проводят религиозные обряды для своих единоверцев. И потому «на хозяйстве» в этих и так немногочисленных монастырях обычно остаются по одному-два монаха.

В монастырском храме Таши Лхунпо нас встретил старший монах или настоятель, носящий титул хамбо-лама по имени Лопсанг Джиппа. Родился лама в Тибете, образование — а это 21 год обучения, получил в крупнейшем и известнейшем тибетском буддийском монастыре XV века Сера и университете при нем. Двое его собратьев сейчас проповедуют в Манхэттене, а он встречает и помогает исполнять обряды местным и приезжающим сюла буддистам, причем не только этническим азиатам, но и американцам.

О том, что к основанию этого храма приложили руку русские калмыки, говорит знамя 80-го Джунгарского Донского калмыцкого полка, вывезенное из России и сейчас хранящееся при входе в храм. Тут же на стене в рамке — напечатанное на пишущей машинке по-русски историческое завещание одного из основателей общины и храма — Бакши Содбы Бурулдинова: «Верующие дармы и калмыцкое общество воздвигли чудесный храм счастья и покоя и многие благословения получили в день освящения его 19 ноября 1955 года. Знамение успеха падало как дождь из цветов на преданных своей вере пастырей и мирян одинаково…» И наказ молодому поколению — «следовать учению Будды, порицать человеческие слабости и учиться добродетели».

В 1997 году в Хауэлле было основано Калмыцко-Американское культурное общество, члены которого преподают молодому поколению калмыцкий язык и организуют различные вечера и встречи, подавляющее большинство которых имеет ярко выраженный религиозный подтекст. Основные религиозные фестивали и ритуалы, на которые собираются многочисленные калмыки, совершаются здесь дважды в год — во время праздника Зул (ноябрь — де¬кабрь) и Цаган Сар (февраль — март). А летом 2008 года с пастырским визитом местных калмыков посетил Его Святейшество Далай-лама.

* * *


Сейчас в США по приблизительным подсчетам живет около трех тысяч калмыков. Большинство родившихся и получивших образование в эмиграции калмыков сво¬бодно говорят на нескольких языках — калмыц¬ком, русском, английском, а также болгарском, сербском или немецком. Они образованы, молодежь ассимилирована к местной культуре, но у каждого в доме — домашний алтарь, где они читают свои частные молитвы-мантры. Дважды в год, а также по приезде монахов-миссионеров, они собираются на медитации, духовные диспуты, а чаще, чтобы совершить пуджу — особый буддийский обряд, который, как считают калмыки, направлен на умножение благосостояния личного и общины, развешивают молитвы-мантры со своими прошениями. Сейчас у храмов все еще развешано многоцветье весенних мантр, но скоро их сменят новые — ноябрьские, с новыми прошениями русских калмыков, живущих на американской земле уже 65 лет.

Хауэлл, шт. Нью-Джерси

Фото автора.


Ваш комментарий