Russian newspaper "Unification"
Русская газета в Австралии. Издаётся с 1950 года

Жестокое танго

«Старомодный коктейль»: На дно бокала положить кусок счастья, капнуть две капли горечи, раздавить и перемешать, добавить безжалостного льда времени, плеснуть две унции любви. Подавать в старомодном доме, украсив фотографией молодости.

Некоторые темы – на все времена. Любовь и коварство, богатство и бедность, отцы и дети...  Спектакль «Старомодное танго» театра «Пилигрим» по сценарию Вины Дельмар «Уступи место завтрашнему дню» перемешивает вечные темы как ингредиенты коктейля, предлагая нам зрелище с горьким послевкусием.

Название постановки «Старомодное танго» странным образом напоминает мне о спектакле Эфроса. Он шел в театре Моссовета под названием «Дальше – тишина» (с  отсылкой к «Гамлету»), и это был спектакль об «ИХ нравах». Танго – это тоже «ИХ» танец. Он всегда был приложен к какой-то «неправильной», «ненашей» жизни.  Правда, Раневская, игравшая Мать, говорила: «Пьеса американская, а письма ко мне идут от наших старух, где благодарят — за то, что дети стали лучше относиться...». 

И все же, и все же... в спектакле театра Пилигрим – ритмом танго, пусть даже старомодного, английскими именами, пусть даже произнесенными по-русски,  отгораживалась, отодвигалась от зрителей «ненаша история». В спектакле русского театра в Сиднее, как никогда сильно ощущался этот барьер «чужеродности». Актеры играли не себя, не русских и не австралийцев. Они играли «их нравы». Местами играть было сложно. Местами, где вдруг проглядывала живая плоть сопереживания, зал начинал дышать в унисон с персонажами спектакля. 

Лаконичность решения сценического пространства, минимализм зала – все выводило на передний план историю. История эта стара как мир – родители стали не нужны взрослым детям. Мало того, они стали обузой, не сумев обеспечить свою старость. К тому же и детей они воспитали как-то не так. То ли слишком много заботились о них, то ли слишком мало думали о чем-либо, кроме того, чтоб обеспечить их едой и кровом над головой. Может, не было сил, с пятью детьми-то. А может все силы уходили не на то. Может, подумай они немного больше о себе, дай детям понять, что одному, без помощи, тяжело и грустно, то и дети бы выросли с другим отношением к миру, друг к другу и к родителям.

Люси и Барклей Купер (Любовь Левитан и Эдуард Гофман) не готовы к завтрашнему дню. Они и в дне сегодняшнем жить не могут. Прошлое смотрит на них с фотографий, пахнет яблочным пирогом, прячется в складках скатерти. Сегодня они не узнают своих детей. Сегодня вся их привычная жизнь разложена на 2 чемодана и отправлена в разные стороны: Мать к сыну Джоржу (Андрей Тихонов) в Нью-Йорк, Отец к дочери Коре (Наталья Дуганова) в другой город. Детей пятеро, но Ада только упоминается в пьесе, Роберт (Григорий Раунштейн) в основном критикует остальных, Нелли (Лиана Левин) сначала дает, а потом и отнимает с помощью мужа Гарви (Александр Дуганов) надежду старикам провести остаток жизни вместе. Нелли и Кора – два сапога пара. Внешне очень разные, обе – самовлюбленные эгоистки. Джорж более мягкий, но и для него бедность родителей – их недостаток, если не позор.

«Ужасный век, ужасные сердца», но для Матери – они все в первую очередь ее дети. Мать все равно продолжает защищать, оберегать и любить. Пронзительную сцену с письмом из приюта можно играть по-разному. Можно показать Мать, все еще не сломленную, которая не позволит детям отправить ее в богадельню. Она сделает вид, что собралась туда сама, по собственному желанию. В прочтении режиссера Ирины Ингман Любовь Левитан играет мать, которая защищает своего сына от необходимости быть бессердечным. Люси в спектакле - добровольная жертва обстоятельств. Она не просит защиты ни у детей, ни у мужа.

Отец, Барк, хоть и требует от детей уважения к матери, не готов отстаивать право на жизнь вместе со своей женой. Он плывет по течению, как вероятно, плыл всю свою жизнь, не понимая и не принимая нового времени. Сорок семь лет на одном заводе, дважды заложенный дом... Грустно смотреть, как больной Барк не может найти себе места без заботы Люси.

Нельзя не отметить дуэт Левицкий (Игорь Левитан) и Барк. Взаимодействие этих персонажей получилось на редкость естественным на фоне «их нравов». Два немолодых человека, старомодно и учтиво познакомились и подружились. Им легко и просто играть сцены, где нет необходимости притворяться.

Анита (Виктория Росс), жена Джоржа, по сути своей неплохая женщина. Она пытается быть хорошей невесткой, но у нее не хватает такта и терпения. Она бы пережила «нашествие» Матери, но у нее есть дочь, Рода (Катерина Немерович). А Роде нет места в доме, где поселился вчерашний день.

Завтра пришло в лице внучки как «юный Фортинбрас», бряцая современной музыкой. Без всякой скорби заявляет она свои права на будущее, где нет места прошлому. Старикам лучше уйти с ее дороги. Следующие на очереди – ее родители.

В спектакле также участвовали: Данил Макл – Хоппер, Владимир Передерий – Хеннинг, Михаил Дубинин – доктор, Татьяна Покулава – Секретарша, Ирина Ингман – Официантка и режиссер-постановщик.


Ваш комментарий