Russian newspaper "Unification"
Русская газета в Австралии. Издаётся с 1950 года

Чудеса по-австралийски

До сих пор непонятно, каким образом созрело решение поехать в Австралию. Однако по какому-то необъяснимому наитию я самостоятельно оформила все необходимые документы, купила билеты, составила маршрут, взяла двухмесячный тайм-аут на работе и в довольно неприятный в смысле погодных сюрпризов январский день села в самолет в московском аэропорту.

Никаких чудес до прилета в огромный сиднейский аэропорт не происходило. Они начались сразу же на паспортном контроле. То ли моя виза насторожила, то ли внешний вид не соответствовал принятым в Down Under стандартам, но таможенный офицер очень заинтересовался моей персоной. Да так, что помимо многочисленных вопросов решил досконально проверить не только мой багаж, но и мобильный телефон, и блокнот для записей. Особенно ему понравилась моя тетрадь с аккуратно записанными полезными и не очень фразами на английском — на все случаи жизни. Он долго изучал содержимое и даже похвалил за то, что я так прилежно изучаю иностранный язык. После полутора часов общения с представителем австралийской власти я все же была отпущена в теплую сиднейскую ночь.

На первый взгляд

Сидней меня потряс своей эклектичной архитектурой. Порой во время прогулок я просто отказывалась осознавать, что я в Австралии, наблюдая образцы готики, романского стиля и неоклассики. Долго не могла успокоиться, когда в одном из центральных парков увидела фонтан с Аполлоном в центре и античными богами и героями вокруг. И уж совсем пришла в восторг, попав в «злачный» Кингс Кросс — на какой-то момент почудилось, что меня окружают венецианские дома.
В Воллонгонге, где я обитала, очень повеселило местечко с пушками для отражения возможной атаки русских, которых боялись даже в далекой Австралии. А то, что я сразу и безоговорочно влюбилась в океан, вряд ли кого-то сильно удивит. Тут же приняла решение, что без океана я вряд ли проживу больше пары-тройки дней, поэтому идея о путешествии вглубь страны завяла по причине неактуальности.

Отправившись на пару дней в Голубые горы, я решила соригинальничать и купила билет не до Катумбы, а до Wentworth Falls. Выйдя на перрон и обогнув небольшой массив из магазинчиков и кафе, осознав, что вокруг этого привокзального «центра» — лишь уходящие в разные стороны трассы, обратилась с вопросом к первому встречному: «А где здесь центр?» Меня не поняли. Объяснила, что ищу «центральную часть этого замечательного городка, где есть отели, магазины, рестораны…», на что получила ответ: «Так вот он и есть — центр». Но до водопада я все же дошла — хоть и по жаре. По пути завернула в арт-галерею, спрятанную в густой зелени. Небольшой садик, заставленный скульптурами, несколько домиков, наполненных картинами и керамикой — и только один человек, он же владелец галереи. Но какой человек! За три часа общения я узнала и о современных художниках Австралии, и о технологии создания керамики, и даже о том, какие чудесные вечера проводятся в этой небольшой арт-галерее, когда сюда приезжают именитые люди искусства. Оказалось, что сам владелец галереи — гончар, а его жена расписывает его керамические творения. А то, что он открыл и показал мне свою гончарную мастерскую и объяснил, как работает печь для обжига, стало настоящим подарком.

В Голубых горах впервые я выяснила ещё одну особенность Австралии-то, что в выходные лучше никуда не ездить и отели не бронировать, поскольку цены повышаются на 20–30, а порой и на 50%. Однако невозможно не признать, что даже в небольших городках деревенского типа (особенно если они входят в туристические маршруты) для людей предусмотрено все. Чего стоят только автобусы hop on hop off, когда можно за полдня посмотреть все основные достопримечательности.

Неоднозначность
Мельбурн поразил очень многими вещами — особенно погодой. В то время как в Сиднее и Аделаиде пекло и жарило, всюду говорили о борьбе с лесными пожарами, в Мельбурне столбик термометра упрямо застыл на +17. Каждый день солнце спорило с дождем, причем дождь неизменно побеждал. Кажется, климат в Мельбурне вполне может конкурировать с петербургским. Второе мельбурнское незабываемое чудо — это дефицит воды. Неизвестно, все ли соблюдают золотое правило трех минут, но знакомый, у которого я останавливалась, следует этому правилу безоговорочно. Более того, он приучил соблюдать это правило и меня, красноречиво указав на песочные часы, подвешенные рядом с душем, и предупредив, что по прошествии 3 минут вода попросту закончится. С другой стороны, я лично для себя выяснила, что 3 минуты душа — вполне достаточное время для соблюдения всех правил личной гигиены.
Наиболее известные и излюбленные туристами достопримечательности меня почему-то не слишком интересуют. Хотя Great Ocean Road — что называется, must see. Погода снова не радовала — ветер свирепствовал так, что фотоаппаратом пользоваться было сложновато. Но, как выяснилось, серферам все нипочем — а ветреная погода даже лучше, поэтому несмотря на почти проливной дождь, на протяжении практически всей поездки из окна автобуса можно было видеть любителей ловить волну. А с тем, что 12 апостолов и Лондонский мост — это великие творения природы, не поспоришь.
Стремление к неординарным туристическим местам привело меня в Мельбурнскую тюрьму, в которой были казнены более 100 человек, включая народного австралийского героя Неда Келли. У тюрьмы не слишком богатая история, по сравнению с теми же «Крестами» в Петербурге, но экспозиции несравнимы. Остается лишь надеяться, что когда-нибудь и в России музейное дело разовьется до того же уровня — и посетителям попросту не захочется покидать экспозицию, даже если это тюремные застенки. Слишком много в Мельбурнской тюрьме интересного — от истории каждого заключенного в картинках и публикациях до отдельных экспонатов — например, книги, написанной палачом и посвященной теме, как правильно вешать людей. Каждая камера — это что-то новое, захватывающее внимание, бывшие заключенные и их охранники будто оживают, рассказывая свои истории. А экспозиция, посвященная Неду Келли, создана с особой любовью, детализирована и впечатляет настолько, что вечером, по возвращении, я попросила приятеля включить последний голливудский фильм о бушрейнджере, которого сыграл известный австралиец Хит Леджер.
Подобно тому, как было в Сиднее, в Мельбурне я нашла «свой» район, тот, который оказался близким мне по настроению. Увы, это не St Kilda, любимая столь многими, а Фитцрой — район богемы, ночных клубов, уличных музыкантов и старинных магазинчиков.

«Золотые» дни
Два больших чуда Балларата — это Sovereign Hill, музей под открытым небом, и территория, на которой раньше располагалось красивейшее озеро. Сейчас на месте полностью высохшего озера просто растет трава, зато на информационном стенде можно прочитать дивную историю озера, а территорию облюбовали поклонники бега и велоспорта — они точно знают, что, обогнув озерную территорию, пробегут (или проедут) ровно 6 км. О музее, в котором можно вернуться во времена золотой лихорадки я вскоре расскажу читателям «Единения» в отдельной статье.


Кенгуру и Роберт Бернс
Живущим в Австралии смешны любые упоминания о кенгуру — и это объяснимо. Но увидеть эти существа не в зоопарке, а в естественных условиях, хотелось немыслимо. Именно поэтому по рекомендации знакомых я отправилась на Kangaroo Island. Несмотря на уверения, что здесь масса этих прекрасных созданий, первые два дня мне не удалось увидеть ни одного кенгуру. В течение экскурсии по острову мы видели коал, разномастных птиц, включая попугаев, поселения морских львов и — ни одного кенгуру! Мне помог владелец отеля, где я остановилась, посоветовав позвонить местному гиду, который показывает красоты Kangaroo Island в частном порядке. И, наконец, на третий день моего пребывания на острове встреча с кенгуру произошла.
Зато в Австралии не составляет труда увидеть памятник шотландскому поэту Роберту Бернсу. Никто их моих знакомых австралийцев не сумел мне объяснить причину такой популярности Бернса — монументы в его честь я без труда находила в каждом городе, где бывала.

Одним из главных чудес и открытий для меня в Австралии стала Аделаида. Несмотря на снобизм жителей Сиднея и Мельбурна и их снисходительно-презрительное отношение к этому потрясающему тихому городку и ярлыка «скучнейшего места Австралии», мне он показался практически райским уголком. Бесконечные парки и многочисленные соборы, странная притягательность Port Adelaide, размеренная жизнь «немецкого» Handorf, потрясающий Wildlife Park, курортный Glenelg и винная Barossa Valley — все это настолько приковало к себя мое внимание, что большую часть своего времени я провела в штате Южная Австралия. Особенно мне нравилось пользоваться общественным транспортом Аделаиды — каждый раз я получала билет с напечатанными на нем афоризмами, особенно любимыми до сих пор остаются два: «Цель — это то, что придает смысл жизни» и «Любой конец — это новое начало».

Ну, а самое главное чудо Австралии, на мой взгляд — это не кенгуру, не природа и даже не океан. Это люди. Но это чудо заслуживает отдельной статьи.


Ваш комментарий