Russian newspaper "Unification"
Русская газета в Австралии. Издаётся с 1950 года

История не должна быть однобокой

В отличие от достаточно хорошо изученных событий эвакуации Крыма в 1920 году, подробности событий, происходивших в Приморье в 1922, менее известны. Но, несмотря на меньший масштаб эвакуации, проходила она значительно более драматично, а по значению в истории Русского Зарубежья это событие сопоставимо с «Крымским Исходом».

  Известно, что на Дальнем Востоке гражданская война продолжалась до осени 1922 года, после чего русские войска эвакуировались в Китай, а путь моряков Сибирской флотилии завершился на Филиппинах. Эвакуацией воинских частей во Владивостоке командовал контр-адмирал Георгий  Старк,  начинавший свою службу еще в Русско-Японскую войну в качестве старшего минного офицера на легендарном крейсере «Аврора». За участие в Цусимском сражении  он был награждён орденом Св. Анны III степени с мечами и бантом.  Утром 25 октября 1922 года около 30 кораблей различных классов с десятью тысячами пассажиров - военнослужащих и гражданского населения вышли из Владивостокского порта. В числе пассажиров - и Первый Сибирский императора Александра I и Хабаровский графа Муравьева-Амурского кадетские корпуса, размещавшиеся тогда на острове Русском. Лишь часть кадет младших классов, которым не грозили репрессии большевиков, остались в  семьях местных жителей. Старшеклассники же уплывали поголовно, так как в летние каникулы часть из них уже успела повоевать против Красной армии. В январе флотилия Старка в Шанхае высадила гражданских лиц и  направилась на Филиппины. Здесь  Старк продал остатки флотилии, а вырученные от продажи деньги разделил поровну среди нижних чинов и офицеров бывшей Сибирской флотилии.


Естественно, что столь знаковая дата, как 90-летие Дальневосточного Исхода, нашла свое отражение в работе Дома Русского Зарубежья  им.  Александра Солженицына. Ведь основу деятельности Дома всецело составляет изучение исторического феномена русской эмиграции, и, конечно, развитию отношений и укрепление связей с соотечественниками за пределами России. В октябре прошлого года по инициативе сотрудников Отдела военно-исторического наследия, в Доме Русского Зарубежья  были организованы выставка и проведен круглый стол под общим названием «1922 год. Дальневосточный Исход». Тогда же у организаторов  возникла идея не ограничиваться лишь  презентацией собранных по этой теме документов в Москве, а показать их и там, откуда в 1922 году начался этот Исход, - во Владивостоке. Здесь в январе нынешнего года участникам  и гостям выставки был показан видеосюжет, снятый корреспондентом телеканала «Культура» Р.В. Чудиновым с использованием уникальных кадров кинохроники периода Гражданской войны. Слова, прозвучавшие в конце телепередачи: «Восстановление забытого эпизода нашего прошлого обогащает нас знанием, знанием печальным и трагическим… Но знать жестокую правду тоже необходимо, потому что история не может быть однобокой», -  как нельзя лучше отражают концепцию  проекта Дома Русского зарубежья.

 
 После завершения Владивостокского этапа проекта выставка была размещена на борту учебного парусного судна «Седов», пришедшего во Владивосток в ходе кругосветного плавания 2012-2013 гг. Это произошло благодаря поддержке со стороны руководства Росрыболовства и Мурманского государственного технического университета, которому принадлежит «Седов». Часть маршрута  прошла по пути кораблей и судов Сибирской флотилии, ушедших из портов Приморья в 1922 году.

 С одним из участников морского похода «Седова» - он же и куратор выставки – ведущим научным сотрудником Дома Русского зарубежья, кандидатом исторических наук Никитой Кузнецовым, недавно вернувшимся в столицу, встретился наш корреспондент.

- Никита Анатольевич, расскажите поподробнее об экспедиции «Седова»?

        - На «Седове» размещенная нами выставка отправилась в Шанхай - город, ставший одной из ключевых точек эвакуации и центром дальневосточной эмиграции в 1920-х - 1940-х гг. В процессе плавания  экипаж, курсанты и журналисты отдали почести морякам охранного крейсера «Лейтенант Дыдымов», погибшего со всем экипажем и пассажирами в декабре 1922 года. В Шанхае выставку посетили живущие там соотечественники, в рамках деятельности местного Русского клуба, которым давно и плодотворно руководит Михаил Дроздов.

- Проект Дома Русского зарубежья имеет, наверное, и какие-то  цели, выходящие за пределы демонстрации выставки?

-  Одна из наших главных задач – содействовать установке памятного креста на Филиппинах, конечном пункте исхода 1922 года. Дело в том, что пятиметровый поклонный крест, установленный группой энтузиастов под руководством яхтенного капитана Леонида Лысенко в 2005 году на острове Русский, в 2009 году был демонтирован. Причина – развернувшаяся там уже широко известная гигантская стройка. Крест с металлической табличкой "Любившим Россию и покинувшим ее. В память о трагическом исходе 25 октября 1922 года" как бы  стал жертвой продолжающегося  спора, в чьей собственности тамошняя земля.  Правда, недавно стало известно, что местные власти  после долгих поисков нашли-таки новое место для памятника - Новосильцевская батарея на острове Русском, недалеко от гостиницы Владивосток. Новый крест будет уже не деревянным, как прежний, а металлическим, в три раза выше прежнего - 15-метровый. Это  нас радует. Вообще, надо сказать, что на Дальнем Востоке связи с русским зарубежьем, изучение его истории, сбор и передача в музей исторических материалов активизировались еще в начале 90-х годов.

   
Что касается нашей идеи установить поклонный Крест на Филиппинах, то ее инициатором был историк флота, уже покойный, к сожалению,  океанолог, путешественник, писатель Александр Алексеевич Першин. Есть и определенная договоренность со скульптором Андреем Клыковым, который намерен соорудить его. Конечно, на это потребуются определенные средства и немалые. Хотелось бы в этой связи большего внимания к нашим инициативам со стороны организаций, имеющих возможность принять участие в финансировании. Посольство России уже откликнулось на наши инициативы и сейчас идет выбор места.

 
 Надеемся и на то, что и РПЦ, наконец, обратит свои взоры на  бедственное состояние двух православных храмов в Шанхае - Иконы Божьей матери, Споручницы грешных и построенного  в честь Святителя Николая Чудотворца. Оба возведены в 30-х годах по проекту очень известного в русском зарубежье архитектора Александра Ивановича Ярона, военно-морского инженера-строителя,  эвакуировавшегося вместе с адмиралом Старком, одно время бывшего его помощником. Первый из названных мной храмов  стал одним из красивейших архитектурных сооружений города - девять его куполов, увенчанных позолоченными крестами, были видны из разных концов всего города. Сейчас он тесно окружен современной застройкой. Утрачены четыре из девяти куполов. Оставшиеся пять  без крестов изменены по форме и цвету, что свидетельствует о проводившейся реконструкции.  Второй  собор очень напоминает храм Христа-Спасителя в Москве, это величественное сооружение высотой 35 метров, которое венчают пять куполов. Кстати, оно  обнесено оградой, похожей на стены московского кремля. Увы, служба в обоих храмах не ведется, один из храмов используется в качестве корпоративного клуба одной из фирм, другой же не используется никак.


- Но вернемся к трагической участи погибших во время эвакуации в 1922 году, памяти которым и сооружались храмы… Кстати, сколько человек погибло на «Дыдымове»?

- На «Дыдымове» погибло 77 человек. Экипаж,  целые семьи с детьми. Крейсер попал в  жуткий шторм, связь практически не работала. В принципе «Дыдымову» нельзя было выходить в море, но китайцы  уж очень агрессивно вынуждали моряков это сделать - у Старка не оставалось вариантов. Он и вывел судно на свой страх и риск.  Однако трагедией «Дыдымова» дело не завершилось -  в  районе Пикадорских островов потерпело крушение  еще одно судно «Аякс». Его выбросило   штормом на мель, жертвами стихии стали 16 человек. Во время нынешнего кругосветного похода «Седова» мы проходили место гибели «Дыдымова»  и почтили память погибших, опустив по морской традиции в воду венок. Я рассказал курсантам о трагическим событиях, развернувшихся в этих водах 90 с лишним лет назад. Нужно сказать, что лекция вызвала интерес у современных мальчишек – ровесников тогдашних кадет и гардемарин.

 
-  Сейчас «Седов» еще продолжает плыть к родным берегам. Где в настоящее время  он находится?

-  По моим последним данным он уже на выходе из Индийского океана. Между прочим, в ночь с 29 на 30 марта на «Седове» переводили часы на час назад, выравнивая время с часовым поясом нахождения судна. Какое-то время экипаж будет теперь жить по Москве, и эта синхронность означает, что, условно говоря, первое кругосветное плавание он уже совершил, пройдя через все 24 часовых пояса планеты.


- А когда судно вернется в Питер?

- В июле.


- Немного о самом судне.

- Заложен этот четырехмачтовый барк,  занесенный в Книгу рекордов Гиннеса, как самый старый из парусников, находящийся в строю, в феврале 1921 г. в Киле (Германия). Первоначально он именовался "Магдалена Винен II", затем – «Коммодор Йонсен». Нынешнее имя - в честь прославленного русского полярного исследователя Георгия Яковлевича Седова. В нашей стране он появился после окончания Второй мировой войны. Тогда, в соответствии с решениями Потсдамской конференции между союзниками, Советский Союз получил его в порядке компенсации за утраченные в ходе войны парусные суда.  Первоначально «Седов» ходил под военно-морским флагом (как учебное парусное, а затем экспедиционно-океанографическое судно), а с 1965 г. он был передан Министерству рыбного хозяйства СССР (ныне – Росрыболовству). Во время своего первого рейса в качестве флагмана учебного флота Минрыбхоза он сходил в Данию, где в то время отмечалось 300-летие со дня рождения Витуса Беринга. То было начало, за которым последовали не менее интересные походы. Судно чуть было не утрачено Россией, когда в июле 2000 года "Седов" в Бресте участвовал по приглашению в международных гонках. Прибыв туда, он был арестован по иску швейцарской компании "Нога" за долги российского правительства. Событие, как известно, тогда вызвало дипломатический скандал. К счастью, дело было прекращено по постановлению французского суда, решившего, что корабль является собственностью независимой организации и потому не несет ответственности за государственные долги.


- «Седов», как вы сами говорите, довольно старое судно. Нет ли проблем с его обслуживанием?

- Периодически проводится его плановый ремонт и освидетельствование Регистром. Нужно отметить, что на «Седове» сохраняются многие морские традиции, уже утраченные на других кораблях и судах. Например, во время плавания на борту выставляется вахта впередсмотрящего, хотя она сегодня функционально и не нужна, и если вахтенный видит по курсу какой-либо светящийся объект, он отбивает сигнал в судовой колокол. Сохранен ручной привод штуртроса, поэтому на ходовую вахту выходят сразу четыре рулевых. Кстати, одним из них довелось быть и мне во время этого плавания. Во всем же остальном «Седов» оснащен вполне современным оборудованием и средствами цифровой навигации.

- Вам, похоже, морское дело не чуждо?

-   Вы угадали. Я занялся историей флота, во многом, после того, как в свое время не стал моряком. Еще в школе я параллельно учился в  Московском городском клубе юных моряков, речников и полярников, будучи курсантом клуба, проходил плавательную практику, потом работал  матросом на учебном судне речного флота семь месяцев, потом, по второй своей работе довелось быть и сотрудником Морской арктической комплексной экспедиции (МАКЭ), работавшей в Арктике на научно-экспедиционном судне «Михаил Сомов». В 2009-м году  в рейсе  провел 80 суток, в 2010-м  - сто.

 Анатолий ЖУРИН


Ваш комментарий