Russian newspaper "Unification"
Русская газета в Австралии. Издаётся с 1950 года

Необыкновенное увлечение, или Беседа в Австралийском музее

Интервью с ученым-биологом из Киева, доктором Валерием Корнеевым, о науке и жизни известного исследователя дохристианской Руси Сергея Парамонова.

Наша беседа с Валерием в кабинете Австралийского музея в Сиднее началась с вопросов о бабочках и мухах-паразитах, которых исследует учёный, но неожиданно привела нас к интереснейшей теме, связывающей энтомологию, Зоологический институт в Киеве, Национальную коллекцию насекомых CSIRO в Канберре и историю Руси VIII-X веков.

Для Валерия энтомология (наука о насекомых) - страсть на всю жизнь. Он уверен, что человек, однажды соприкоснувшийся с красотой и изысканностью прекрасных созданий - бабочек, жуков и других насекомых, - заболевает этим на всю жизнь. Он рассказал мне, что энтомологией увлекались многие известные люди.
Августейшим покровителем Российского энтомологического общества был великий князь Михаил Романов, двоюродный брат Николая Второго. У князя Михаила в Петербурге была прекрасная коллекция бабочек, которая существует и по сей день. Горячо влюблён в энтомологию был и русский писатель Владимир Набоков - и это увлечение прослеживается в его произведениях. К большим почитателям и коллекционерам насекомых относилась и богатейшая семья Ротшильдов.
Музей Зоологии в Киеве
- Валерий, из детства я помню, как во дворе летали бабочки, яркие, черно-белые, и нежно-белые, которых называют капустницами. Сейчас бабочки становятся редкостью. Наши внуки часто видят их лишь в детских книжках. Это что, влияние изменения климата, о котором так много говорят сейчас в Австралии?

- В первую очередь это последствия применения огромного количества химикатов на полях. Но и изменение климата повлияло. В Украине и России стало заметно суше. Многие виды бабочек находятся на грани исчезновения. К сожалению, охраной окружающей среды в России и в Украине пытаются заниматься только учёные.

- Расскажите, с какой целью вы приехали в Австралию, и чем занимаетесь в Австралийском музее?

- Я нахожусь в Австралии по приглашению Австралийского музея, изучаю интересное семейство насекомых, которое обитает в тропических зонах земного шара, в том числе, и в Австралии. Это мухи-паразиты, которые заражают хорошо известных нашим соотечественникам хрущей, или майских жуков.
Муха-паразит выслеживает жука в темноте по звуку (на её средних ногах есть специальная звуковая мембрана, с помощью которой она может слышать и легко находить свою жертву). Несмотря на прочный панцирь жука, муха откладывает в его тело несколько яиц. Самки некоторых австралийских видов этой мухи при этом имитируют действия самца при спаривании, так что самка жука иногда ничего и не замечает. Из отложенных яиц появляются личинки, которые растут и развиваются внутри жука, питаясь им.
Поскольку Австралия давно и надолго отделилась от других материков, эволюция этих мух здесь шла особенным путём, и они не похожи на своих сородичей в других тропических странах.

По стечению обстоятельств, именно этих насекомых изучал мой предшественник, который заведовал отделом энтомологии в киевском Институте зоологии в 40-е годы прошлого века. Его звали Сергей Яковлевич Парамонов. Имя это хорошо известно в мировой науке о насекомых благодаря большому количеству опубликованных статей в научных журналах. Но значительно больше людей знают его как исследователя «белых пятен» в истории дохристианской Руси и автора книг о ней.

Парамонов необыкновенно увлекался этой темой, имел глубокие знания и прекрасную память. Его книги «История россов в неискажённом виде» и «Русь, откуда ты?» насчитывают более тысячи страниц. Опираясь на логический анализ и реконструкцию первоисточников, и будучи убеждённым антинорманистом, Сергей Яковлевич аргументировано отстаивал славянское происхождение Рюриковичей, пытался дать логическое истолкование хаотическому нагромождению обрывочных сведений в древних манускриптах о том, что за народ были Руссы до-олеговского времени.
Парамонов был одним из первых комментаторов «Велесовой книги», в которой представлены религиозные языческие тексты.
Некоторые учёные считают эти потерянные во время войны дощечки с древнерусским текстом достаточно поздней подделкой. Но Парамонов был глубоко убеждён, что это был потрясающе интересный документ, свидетельствующий о существовании в древней Руси не только своеобразной письменности, но и особой культуры.
И он потратил немало усилий, чтобы сделать содержавшуюся на этих дощечках информацию известной как можно большему числу людей. К сожалению, вплоть до 1990-х годов его книги оставались известными только русской диаспоре. Я не буду углубляться в деятельность Сергея Яковлевича как историка, а остановлюсь больше на его биографии.

- Я знаю, что после войны Сергей Парамонов жил и был похоронен в Канберре, а свою книгу под псевдонимом Сергей Лесной опубликовал в Канаде.
- Я заинтересовался его биографией и постарался узнать как можно больше, сопоставляя отдельные элементы информации интересной и непростой судьбы учёного, включая его работу в киевском Зоологическом музее во время войны, затем поездку во Францию и Германию, и эмиграцию после войны в Австралию, на работу в университет Канберры.
Родился он в 1894 году в Харькове, окончил естественный факультет Киевского университета Святого Владимира. С 1940 до 1941 года Парамонов был директором Зоологического музея в Киеве, ставшего в дальнейшем основой Зоологического института Академии наук Украины. В 1939 году он защитил докторскую диссертацию в Санкт-Петербурге (тогда Ленинграде).

Через три месяца после начала войны, в сентябре 1941-го, Красная армия оставила Киев. Ни о какой эвакуации музея не было и речи. В первую очередь увозили партийные и советские документы. При отступлении советских войск во многих зданиях в центральной части Киева была заложена взрывчатка.Когда в сентябре немецкие войска вошли в город и заняли под администрацию дома в центре города, прозвучала серия взрывов, и многие дома на Крещатике были взорваны, при этом погибло немало фашистских солдат и офицеров. После этого немецкое командование начало проводить в городе акции возмездия и расстреляло большое число мирных людей.
Заминированными было и здания Академии наук, и прекраснейшее здание Национальной оперы. Но взорваны они не были. Парамонов остался в памяти украинцев и как человек, спасший от бессмысленного уничтожения целый ряд архитектурных жемчужин Киева. Когда в город пришли немцы, он сообщил им, где была заложена эта взрывчатка.

Парамонов прекрасно владел немецким, к 1941 году у него вышло более сотни публикаций на немецком языке. Когда немецкая администрация возобновила деятельность Института зоологии, в нем продолжали работать немало замечательных учёных, проводились даже экспедиции в различные районы Украины. Я думаю, что Парамонов пользовался хорошей репутацией у немецкого руководства института, и это позволило ему спасти от гестапо немало работников Красного креста, помогавших советским военнопленным, и бывших у немцев под подозрением сотрудников института.
Насколько я могу судить, Парамонов был человеком достаточно аполитичным и не имевшим особых симпатий ни к каким властям, и желавшим заниматься своим любимым делом. Парамонов руководил музеем до 1943 года, когда началось наступление Красной армии. Немцы перевели все работавшие институты из Киева в Винницу, а когда стало ясно, что наступление идёт стремительно, и вовсе их распустили.
Зоологическая коллекция музея, и в первую очередь очень ценная коллекция бабочек украинского энтомолога профессора Льва Шелюжко, были перевезены немцами в Кенигсберг, откуда их должны были переправить в Германию. Точно также они поступили с киевским зоопарком. Насколько я понимаю, Парамонов и Шелюжко последовали за своими коллекциями в Германию. Но быстрое наступление Красной армии перерезало путь эшелону с музейными экспонатами, и в результате, коллекции бабочек и мух-жужжал вернулись в Киев и, к счастью для науки, не пострадали.

Сергей Парамонов, насколько мне известно, работал вначале в Бреслау, на территории нынешней Польши, потом перебрался в Берлин. В 1945 году он уже был в Париже, где у него был коллега и знакомый по довоенному периоду в парижском музее Эжен Сеги. В Париже Парамонов смог издать несколько своих литературных трудов, в том числе, сборник стихов. Он был необыкновенно продуктивен как ученый-энтомолог и при этом ещё находил время для литературных занятий и исторических исследований.
Когда закончилась война, Парамонов находился в Париже. Как известно, по решению Ялтинской конференции все бывшие жители Советского Союза, находящиеся в Европе на территории союзников, должны были быть переданы в руки Красной армии для депортации.

Парамонов, пользуясь своими знакомствами в Британском музее, в том числе, с крупнейшим специалистом-энтомологом графом Уваровым, получил рекомендацию предоставить ему возможность заниматься своей специальностью, где-нибудь подальше от беспокойной в то время Европы. Граф Уваров прибегнул к святой лжи, сообщив, что Парамонов был в концентрационных лагерях, что помогло ему в 1947 году получить место в Канберре в организации CSIRO. (В печати есть непроверенная информация, что он находился в немецком лагере Мюнден и в 1945 году был освобождён британскими войсками. - Прим. ред.).
Здесь Парамонов работал, изучая полезных для сельского хозяйства насекомых до самой смерти в 1967 году. Он ездил в экспедиции, исследуя насекомых, в частности, на остров Лорд Хоу (Lord Howe). Об этом у него есть опубликованные статьи. При этом он занимался историческими исследованиями. Примерно к 1959 году выходит первая публикация Парамонова о Велесовой книге. Позже, в конце 50-х, годов у него вышла серия исторических публикаций на русском языке, и в 1964-м - книга «Русь, откуда ты?».

Английским языком Сергей Парамонов владел недостаточно хорошо, поэтому свои работы он отдавал переводить. Насколько я знаю, у него в Австралии было мало друзей. Ему помогала латышка Зинта Лиепа (Liepa). По сути, она была его секретарём и после его смерти опубликовала его полную библиографию.
Умер Парамонов 22 сентября 1967 года на 73-м году жизни. Похоронили его в Канберре.

Я побывал на этом кладбище. Интересно, что надпись на его могиле сделана на украинском и английском языке. В последние годы он поддерживал отношения с украинской диаспорой. По крайней мере, на похоронах были его знакомые украинцы. По некоторым данным, Парамонов пожертвовал значительную сумму на строительство украинской православной церкви святого Николая в Канберре.
Свой архив, за исключением его биологических работ в CSIRO, Парамонов завещал отправить в Украинскую академию наук, что и было сделано в 1968 году. Но, как оказалось, это было весьма неосмотрительно. По прибытию в Киев архив сначала профильтровали спецслужбы, которые обычно удаляли всю личную переписку и фотографии, - на всякий случай. Затем архив попал в Институт зоологии. Об этом я узнал от моей коллеги, принимавшей архив Парамонова. Шесть лет назад пытался найти архив в институте или проследить, куда он мог попасть, но следов его я не обнаружил ни в одном архиве города Киева. Видимо, он был уничтожен. Я думаю, там были рукописи всех его исторических книг.

Но вот что интересно. Как писал Михаил Булгаков, «рукописи не горят». Когда я приехал в CSIRO, то обнаружил там огромный ящик с научными архивами Сергея Парамонова. Тексты научных статей были написаны от руки на оборотной стороне черновиков его художественных произведений. Конечно, это разрозненные листы, но они чрезвычайно интересны.
- На каком языке они написаны?
- На русском. В Национальной библиотеке Австралии есть две книги Сергея Яковлевича. Находясь в Канберре, я очень надеялся встретиться с человеком, который после ухода Парамонова на пенсию сменил его на этой должности и хорошо его знал в 1960-е годы. Его имя Дэн Коллес.
К сожалению, когда я приехал, он был серьезно болен и вскоре скончался. Насколько я знаю, никаких родственников у Парамонова здесь в Австралии не было.
Русь, откуда ты. Сергей Лесной
Все, что известно мне о жизни Сергея Яковлевича Парамонова, я узнал из некролога о нем, который написал его коллега, сотрудник CSIRO Фредерик Рик. Фредерик знал о жизни Парамонова из рассказов самого Сергея Яковлевича. Но его также уже нет в живых. Я хочу собрать всю возможную информацию о Парамонове и опубликовать биографические и библиографические материалы о нем.
Я уже начал делать это на украинской Википедии.

Если в русской и украинской общинах Канберры есть люди, которые знали и помнят Парамонова, я был бы очень признателен за любую информацию о нем: каким человеком он был, с кем общался, чем жил и чем дышал. Чем больше проходит времени, тем меньше остаётся людей, знавших Сергея Яковлевича, но я надеюсь, что ещё смогу найти хотя бы разрозненные кусочки памяти о нем и собрать в целое биографию талантливого ученого-энтомолога и прекрасного исследователя истории дохристианской Руси.

Если у кого-то из наших читателей есть информация о жизни Сергея Парамонова, пожалуйста, сообщите д-ру Корнееву по электронному адресу valery.korneyev@gmail.com или в редакцию газеты «Единение».


Беседовал

 


Ваш комментарий