Russian newspaper "Unification"
Русская газета в Австралии. Издаётся с 1950 года

Поэзия в прагматичное время

Мы уже знакомили нашего читателя с поэтом и переводчиком Натальей Крофтс. Наташа родилась на Украине, училась в Москве и Великобритании, путешествовала и жила во многих странах мира. С прошлого года она живет в Сиднее. В сегодняшнем разговоре мы затрагиваем вопросы о роли поэзии в наше время.

— Наташа, в статье, напечатанной в «Единении» в апреле этого года, мы беседовали с вами, когда вы отправлялись на международный конкурс поэзии «Пушкин в Британии». Вернулись вы серебряной королевой русского поэтического перевода. Расскажите, кто принимал участие и как вы оцениваете уровень поэзии, представленной на этот конкурс.
— На конкурс «Пушкин в Британии» приехало 42 участника: русскоязычные поэты и переводчики из 15 стран мира. Люди очень интересные, яркие — и любящие поэзию настолько, чтобы отложить все дела и приехать за сотни километров лишь для того, чтобы почитать и послушать стихи. И я с радостью могу сказать, что на этом фестивале я услышала стихи, которые останутся со мной на долгие годы. Прежде всего, — подчёркиваю: для меня лично — это поэзия Александра Чернова из Киева и Михаила Юдовского, ныне проживающего в Германии. Это стихи, которые хочется знать наизусть, советовать почитать друзьям и знакомым… Более того, общение продолжается и после фестиваля: со многими участниками я теперь переписываюсь и перезваниваюсь. И вот в этой переписке мне иногда приходят просто восхитительные стихи.


— Поэзия в России во многие периоды была больше, чем просто литературное творчество. Даже не уходя во времена Пушкина, в 60-70-х годах прошлого столетия выступления Вознесенского, Ахмадулиной, Рождественского собирали стотысячные стадионы слушателей. В сегодняшнее, более прагматичное время поэзия, да и литература в целом (исключая детективы), становятся уделом избранных. Вы думаете это временное явление или снижение духовной составляющей в жизни современного человека?
— Владимир, вы знаете, мне придётся ответить не на ваш вопрос, а на введение к нему. Дело в том, что я не совсем согласна, что «поэзия стала уделом избранных». Для того, чтобы в этом убедиться, достаточно заглянуть на любой поэтический портал, хоть на те же «Стихи.ру», где сейчас числится более 300 тысяч зарегистрированных участников. Конечно, другой вопрос «а поэзия ли то, что там печатается». Но уже сама эта цифра показывает то, что и «в наше прагматичное время» тяга к поэзии есть. А пару дней назад мне прислали ссылку: мой стих цитировался на тюремном блоге где-то в России, причём в хорошей компании с классиками. Вы знаете, меня это очень развеселило: стихи нужны всем!
Стадионы сейчас не собираются, это верно. Перечисленные вами люди собирали стадионы именно своим «бунтарским духом». Стадион мог собрать Владимир Семёнович Высоцкий: но ведь люди шли, даже ломились, не столько на стихи — сколько на голос, на гитару, на имидж — на «легенду», если хотите. Точно так же, как в ноябре, казалось бы, ужасно прагматичные и «непоэтические» австралийцы ломились на концерт канадского поэта Леонарда Коэна. И, несмотря на астрономические цены на билеты, люди заполнили стадион и он не только пел, но и просто читал стихи — в наше «прагматичное время». Стадионы собирают живые легенды, а никому не известный поэт Тютькин из села Иваново, пиши он самые гениальные стихи, стадион не соберёт ни в какие времена.
Согласна: сейчас очень мало «живых легенд» в русской литературе. Но ведь что это значит? Это значит всего лишь то, что с уходом определённых запретов и цензуры из поэзии ушёл «запашок» скандала и сенсации. Поэтому многие СМИ — а за ними и толпы — перекинулись на то, где есть «жарененькое»: актёров, эстрадников, политиков и проч. Но вот интересный вопрос: а собрал бы Пушкин стадион (т. е. шесть тысяч слушателей) в своё время? А вот говорящий медведь точно собрал бы.


— Если перечислять писателей и поэтов, живших за границей, список будет довольно длинным: можно вспомнить и Набокова, и Цветаеву, и Бродского. Жизнь вдали позволяет по-другому посмотреть на русских людей, сфокусировать взгляд на главное, не отвлекаясь на второстепенное?
По-моему, сейчас всё больше преобладает сценарий не вышеперечисленных поэтов, для которых, по большому счёту, «не было возврата» — вернее, за этот возврат приходилось очень дорого платить. К счастью, сейчас мы всё ближе подходим к положению вещей в XIX веке, когда Тургенев и Гоголь подолгу жили за границей, и при этом благополучно возвращались в Россию время от времени. Поэтому я не могу сказать, что я «живу вдали»: я регулярно езжу в мой родной Херсон, наведываюсь в Москву. Более того, я работаю в редколлегиях двух российских изданий, каждую неделю разговариваю со своими друзьями, живи они в России, на Украине или в Америке — теперь это позволяет техника.
Что же касается «предмета описания»: несомненно, у меня появились и такие строки, которые вряд ли возникли бы, сиди я безвылазно в Херсоне или в Москве. Но ведь я побывала в 50 странах мира, было бы просто странно, если бы это не оставило никакого следа.

Наташа Крофтс
— Знакомы ли вы с русскоязычными поэтами, живущими в Австралии?
— Да — но я очень надеюсь на новые знакомства с сильными писателями из Австралии. Как вы знаете, в Сиднее живёт поэтесса Харбинской волны, восхитительный человек, Нора Крук: её русские стихи печатались и высоко оценены в России, Израиле, Америке. В Сиднее же живёт известный поэт из Одессы Юрий Михайлик: когда в поэтических кругах слышат, что я живу в Австралии, то часто просят передавать ему привет — но я с ним, к сожалению, не знакома: я приехала в Сидней только в ноябре и пока наши пути не пересеклись. В Сиднее, благодаря Татьяне Бонч-Осмоловской, регулярно собирается литературное объединение «Антиподы», привлекая и авторов из других городов. Именно так я познакомилась с искромётным австралийским прозаиком Лялей Нисиной из Голд Коста. Кроме того, есть несколько интересных авторов и в Мельбурне.
Как член редколлегий литературных издательств, я стараюсь как можно лучше познакомиться с русскоязычной австралийской литературой — и лучшее из лучшего выдвинуть на публикацию. Именно таким образом в мае этого года в питерской газете «Интеллигент» была опубликована большая подборка произведений десяти австралийских авторов, сейчас готовится вторая такая подборка — на этот раз в московском издании.
Поэтому у меня убедительнейшая просьба к талантливым пишущим людям: выходите из подполья! Я знаю, что это звучит до смешного по-австралийски, но мы, действительно, на новом континенте. Русская литература здесь ещё только становится на ноги: её нужно создавать, отбирать лучшее и представлять миру. С первым заданием помочь не могу, но с двумя последними — с удовольствием!


— Я знаю, что вы пишете не только поэзию. Мы печатали ваш рассказ «В Грецию». Расскажите, о ваших творческих планах.
— Сейчас, к сожалению, редакторская работа «съедает» практически всё свободное время — но зато это интересно и позволяет открыть для себя много хороших авторов. Очень хочется выкроить время, чтобы больше заниматься переводами, поработать над прозой, в общем, замыслов — лет на 5 вперёд.


На фото:
Фото 1: победители и жюри фестиваля «Пушкин в Британии-2001» верхний ряд (слева направо): Екатерина Гениева, Игорь Губерман, Олег Борушко, Владимир Севриновский, нижний ряд (слева направо): Маргарита Борцова, Ирина Акс, Наталья Крофтс, Маргарита Каганова
Фото 2: Наталью Крофтс награждают за 2-ое место в конкурсе переводов.

Беседовал


Ваш комментарий